Самба на острове невезения. Том 2. Разоблачение Шутника

– Посиди тут с нами, – взорвалась Люба, перейдя с ведущим на «ты», – ожидая нападения в любую минуту и не поспи ночами от этого, и посмотрим, как ты заговоришь! – Она вскочила. – На это мы не подписывались! Мы подписывались на шоу с ограничениями в еде и выбываниями каждые пять дней по одному человеку! Всё!!! А не на смерть!!!

Остальные тоже вскочили и принялись орать, подбадривая лидера – Любу. Конечно, лидера не в общем понимании, а лидера в затеивании ссор.

Я, как всегда, воспользовалась случаем и подошла тихонько к Сергею.

Быстрым движением вынула из кармана шорт две карты памяти и передала ему.

– Отдай Борису.

– Понял. Удалось, значит?

Мы говорили шепотом, наклоняясь друг к другу, чтобы расслышать.

– Ага. Это ж я!

– Молодчина.

– Ну как там Юлька?

– На лошадях сегодня каталась.

– Да? И не побоялась? Не узнаю свою подругу. Ей явно шоу на пользу идет. Не то что мне…

– Я так понял, что вроде ей не досталось коня для репетиции.

Но для промежуточной серии я ее снял. Так что в седле она опробовалась.

– Как у нее тренер?

– Ты знаешь, на мой взгляд не очень. Орал там на всех, чуть что – за нож хватается! Ну знаешь их – люди гор. Такие вспыльчивые. Но ей почему-то нравится.

– Рада, что они поладили.

– Прикинь, он ее персиком называет! – совсем уж разоткровенничался Серега.

– Что? – Я хихикнула. Ну надо же. Юлька – и персик! Прикольно.

Чтобы не вызвать подозрений, я отошла от него в другой конец импровизированной комнаты.

Когда потасовка завершилась (а завершилась она по традиции с победой главных, как мы их называем внутри племени «главнюков»), группа села в вертолет и улетела. А мы снова остались на острове. Тревожные, голодные, злые и вздрагивающие от каждого шороха пальмовых листьев.

Остров, день 7-й

Вчера никто так и не прилетел. Ни провизии, ни «специалистов», ни ведущего со съемочной группой мы не дождались. Честно говоря, я лелеяла в душе надежду, что среди этих самых специалистов окажется мой ненаглядный дядя Борис или его старший брат, или хотя бы господин Захватов, что означало бы, что меня не бросили, что они следят, охраняют и заботятся.

А сегодня надежды уже не осталось. Да и как я могу надеяться увидеть кого-то среди людей на вертолете, если нет никакого вертолета?

Измученные предыдущей бессонной ночью, вечером мы тоже терпели как могли, но все же заснули.