Самба на острове невезения. Том 2. Разоблачение Шутника

Она отвечает только на звонки с черных телефонов, будь то стационар или сотовый.

– Ни фига ж се! – округлил глазенки Роберт Казанских. – Во заливает!

– Серьезно. У них, у ведьм, своя логика. Вроде как через черный цвет нельзя наслать порчу, или что-то там такое… Короче, они считают, что цвет этот защитный, потому и красятся в брюнеток, и носят черные одежды. А, может, и нет – я сама толком не понимаю. Просто просит подруга звонить ей с черного – и я звоню, вот и все. Так поможет кто?

– Да откуда она знать может, с какого цвета ей звонят? – недоумевал Роб.

Неоспоримая логика соучастника конкурса не заставила меня, однако, растеряться. Я постучала по виску и назидательно выдала:

– Она же ведьма! Экстрасенс! Их не обманешь.

– А раньше ты как ей звонила? – удивленно спросила Кира.

Ой, спалюсь я… Что ж делать?..

– Ну, раньше у меня тоже черный был. Теперь вот поменяла… Но домашний у меня в квартире черный. Я ей с домашнего всегда и звонила. А здесь-то как обойтись?

Большинство развело руками, а Алексей ткнул в Святослава Сергеевича, и тому пришлось, переложив дымящуюся и пахнущую чем-то сладким трубку в другую руку (ресторан предусматривал зал для курящих, в котором мы и очутились), достать из кармана черный мобильник (отмеченный мною раньше при тех же обстоятельствах – поход в ресторан) и протянуть мне, но не сказать чтобы с особым энтузиазмом.

Впрочем, тот мне и не был нужен. То есть энтузиазм. А мобильный – очень даже.

Пока враг не успел опомниться, я подскочила (уже повторно за сегодня) и, на ходу выкрикнув волшебное слово благодарности, унеслась в туалет «звонить подруге ведьме», где столкнулась в дверях с Настей.

Слава богу, она ничего не сказала и не сделала, просто молча вышла.

Поставить «жучок» взаправду оказалось делом несложным. Намного сложнее будет отвлекать СС некоторое время, до тех пор пока нужный разговор не засекут важные лица. Иначе он может насторожиться и проверить, зачем я уносила его телефон в уборную.

На всякий случай я позвонила с него маме и немножко с ней пообщалась: во-первых, в памяти будет заложен неизвестный номер, вроде как я и вправду кому-то звонила, во-вторых, со счета спишут энную сумму – вроде как разговор состоялся. Да и продолжительность звонка опять же где-то зафиксируется.

Как только я отдала телефон, Святослав дернулся, словно вынырнув из какого-то дурмана, взял его резко из рук и вышел с ним на улицу.