Лунные воины. Рок Альтаира

За время пути до дома, она рассказала Паломе многое. Про маму, про трехлетнюю сестрёнку и дона Себастьяна, с которым отлично ладит. Про то, что никогда не выезжала из Буэнос-Айреса, но очень мечтает побывать где-нибудь в Европе, про любимую музыку и недавний концерт одного артиста. Палома улыбалась, боль и обида отступали. За месяц пребывания в чужой стране это был первый встреченный ею человек, который казался по-настоящему искренним.

* * * *

Принцесса Розана прошлась туда-сюда, потом сцепила руки в замок и задумчиво изучила стены, как будто что-то в этой комнате, где она принимала посетителей и лунных воинов, было для нее в новинку.

Нужные слова на ум не приходили. Сделав глоток из стакана с водой, она еле заметно вздохнула и бросила робкий взгляд на племянницу. Наталия Панини, болтая одной ногой, подпирала кулаками подбородок и периодически поглядывала на свою крестную в напряженном ожидании. Она крайне редко посещала этот дом, чаще всего его хозяйка сама навещала ее семью, и теперь юная девушка с любопытством ждала, когда же, наконец, последует объяснение, с какой целью ее сюда пригласили.

– Можно было бы заварить матэ, – пробормотала она себе под нос, и тут же смутилась собственной неделикатности. Наталии было прекрасно известно, что подруга ее матери особым гостеприимством не отличалась, к тому же девушку учили быть терпимой к чужим недостаткам, что иногда крайне плохо сочеталось с ее искренней прямолинейностью.

Она вздохнула снова и качнула ногой, прищурившись на окно.

Яркое солнце пробивалось сквозь полупрозрачные занавески, рисуя узоры на полу. Аргентинская весна была в самом разгаре.

– Дорогая моя, – внезапно начала принцесса Розана, поворачиваясь к ней. – Сегодня будет важный разговор. Я должна объяснить тебе множество вещей. И я не знаю, с чего начать.

Наталия, которая уже потянулась за конфеткой, лежавшей в школьной сумке, вдруг выпрямилась, поправила на себе блузку и сложила руки на коленях. В ее зеленоватых глазах повисло напряжение и легкий страх.

Когда она слышала слова о том, что кто-то не знает, с чего следует начать разговор, всегда пугалась. Как правило, за таким вступлением не следовало ничего хорошего.

– Только не говорите, что вы неизлечимо больны! – выпалила девушка, поддавшись порыву.

Розана повела светловатыми бровями, и на ее строгом лице отобразилась небольшая растерянность:

– Нет. Я в прекрасной форме, благодарю, – она сделала глубокий вздох и с опаской посмотрела на племянницу.