Судовой врач

– Ка… Какого заговора?

Боцман широко улыбнулся:

– Мисс Блайт, вы, когда с командой устраиваете секретные сговоры, хотя бы по сторонам смотрите. Я стоял вот здесь и все слышал…

– Да… И что теперь будет? – поинтересовалась она.

– Ничего, – Хенкс встал. – Если бы я хотел сообщить капитану об этом небольшом обмане, я бы сделал это сразу же. Я предпочитаю оставить все, как есть. Я восхищен вами – скажу больше. Вы – необыкновенный источник мужества и странной доброты. Только вы способны что-то сделать…

Он не договорил фразу.

Анна шевельнула бровями:

– Сделать что? – но тот молчал.

Пожав плечами, она хотела уйти, но вдруг обернулась.

– Нет, Хенкс, вы немного меня переоценили. Я не так добра, как вам кажется. Я вдруг вспомнила фразу вашего капитана о том, что я со своими друзьями оставила его без помощника. Так вот, выражаясь его словами, Святой Брайан – мой друг, а мистера Хадсона я таковым назвать не могла. Поэтому я не добра, – усмехнулась она. – Я расчетлива!

Спустившись с полубака, она заметила пошатывающуюся фигуру, которая приветственно махала ей обеими руками и делала попытку раскланяться.

– Джонни, – поморщилась она. – Ты что, пьян?

– Тихо, мэм… Тихо, – мотнул головой тот. – Немножко! Совсем чуть-чуть! Мы никуда не плывем, можно же…

– Не знаю, что скажет на то капитан, если увидит…

– Можно, – икнул матрос. – От этого проклятого спокойствия все с ума сходят…

Анна критически оглядела его фигуру.

– Ты что, снял бинты? Я не разрешала!

– Мне в них жарко! – проныл тот.

Анна расхохоталась.

– Не знаю – не знаю…

– Хотите сказать, я не понравлюсь девушкам?

– Только в тавернах!

– Ага, пока у меня есть деньги… – скривился Джонни.

Анна развела руками с улыбкой.

– Что ж… Бывает и так!

– Зато капитан, – пират показал глазами наверх, понизив голос. – На такое не разменивается…

– Правда? – вскинула брови Анна. – Хочешь сказать, капитан копит на рыбку получше?

– Он? – по губам Джонни скользнула странная улыбка.

Разговор был прерван появлением в центре палубы одного из члена команды. Он был трезв, но, нарочито петляя, ходил туда-сюда и ругался всем набором пиратских словечек. Общее направление его негодования относилось к морскому безмолвию и вынужденному бездействию.

– Это Сатана сговорился с Нептуном, чтобы мы тут сдохли, как воблы под палящим солнцем! Я клянусь пометом кашалота – это зло! Зло на корабле! Капитан, – вдруг заорал он.