Сёстры

Часть домов была наполовину разрушена и из пустых оконных проемов торчали крючковатые плетения кустарника. Где-то неподалёку ржали лошади, пахло жареным мясом, однако поселение выглядело пустующим. Не бегали дети, не слышалось смеха и звуков, издаваемых скотом, некоторые постройки казались абсолютно необитаемыми.

Дик поежился и потер кончик носа, сдерживая желание чихнуть. Было очевидным, что когда-то здесь жили люди, но что-то заставило их покинуть деревню. И был ли это переезд? Царящее запустение провоцировало колючие мурашки между лопаток.

Конь под Аннет внезапно заржал, и откуда-то слева ему ответила другая лошадь. Всадница наклонилась и ласково погладила животное по шее.

– Конечно, – сказала она. – Мы вернулись.

Процессия вступила в жилую часть деревни. Где-то гремела посуда, издалека доносился звук стучавшего топора, несколько полупустых телег в плачевном состоянии были брошены вдоль дороги. Видневшийся за кустами домик, несмотря на завешанные тряпкой окна, выглядел жилым.

– Если это и есть здешнее место обитания, – подумал Дик с иронией, – то мой родной прибрежный поселок уж точно получше будет.

Сочувствую.

Процессия почти сразу остановилась возле развалин забора, окружавшего огромный дом с каменными ступеньками, имевший два входа с разных сторон. Возможно, ранее здесь находилось какое-то общественное место, о чем свидетельствовали размеры здания и его расположение. Сейчас же по развешанной на просушке одежде напрашивался вывод, что в доме живут люди. Двор был просторный, пахло свежим лошадиным навозом и костром.

Аннет легким движением спрыгнула с лошади и быстро направилась к дверям, придерживая подол платья. Ее изящная женственность никак не вязалась с этим полузаброшенным местом и Дик сделал недоуменную гримасу.

– Запри их пока, – бросил Гарри подошедшему к ним парню с сильно обветренным лицом и тяжело спешился. – Всех, кроме этого, – он ткнул Дика в спину. – Этот у них главный. Слепой Грег будет решать, что делать дальше.

Все это молодому человеку не понравилось, но он решил по-прежнему молчать, справедливо рассудив, что тратить время и силы на беседу с пешками, не имеющими права голоса, – дело лишнее.

Свои аргументы он оставит для их лидера. Всем своим видом показывая, что настроен дружелюбно и не планирует бежать, Дик засунул руки в карманы уже высохших после кораблекрушения штанов и начал незаметно рассматривать все вокруг.

Видимо, возле этого дома и крутилась основная жизнь поселенцев.