Чужое тело. Чужая корона

Куда он от нас денется? Теперь же у нас уже есть принцесса!

– Ну, если так… Но ежели только узнаю, что баловался, ужо тебе покажу! Охрану чтоб всю с собой взял, нечего им в казарме прохлаждаться.

Ох, ожидают лейтенанта Лурга весьма веселые деньки.

– Мама, а денег?

– Выдам, выдам уж! – махнула рукой королева. – Граф, любезный?

– Я распоряжусь, ваше высочество, – сказал граф Урий.

– А кто охоту-то организует! – спохватилась вдруг королева. – Где лесничий-то? Куда делся?

– Казнили мы его, – пробасил граф Дюка с каким-то странным удовлетворением.

– Что же натворил, шельмец?

– Да оленей стрелял, ваше величество, – ответил граф Дюка.

– А новый?

– Найдем, – пообещал граф Лург, переглянувшись с графом Урием.

Ну, вот так я и попал на охоту.

Что я там говорил графу Урию про «пышность»? Размаха, говорил, не хватает? Так вот оно, самый что ни на есть настоящий размах.

Под королевскую охоту подорвались одних дворян сотня с лишком, а при каждом слуги, рабы, друзья, любовницы! Уж не знаю, на кого тут охотиться эта толпа собралась, но таки собралась.

Вихор, по секрету конечно же, сообщил, что лакеи всю ночь не спали, палатки искали, столы сколачивали и еду таскали к каретам.

К утру мы выдвинулись. Я на бричке, впереди меня еще штук сорок карет, многие и побогаче, и позади примерно столько же. Виктор и Волин ехали по обеим сторонам от меня, незаметно так оттеснив мою официальную охрану.

Ждан ехал чуть позади, неспешно беседуя о чем-то с лейтенантом Лургом. О чем, слышно не было, но беседа явно протекала хорошо, лейтенант кивал и с чем-то от всей души соглашался.

А охранников-то у меня оказалось человек тридцать, всех выгнали на прогулку. Толку-то от них, ехали как попало, еле на конях держались после вчерашнего.

В голове колонны гарцевал генерал Ипоку. На высоченном белом коне, даже побольше жеребца Виктора, в парадных золотых доспехах, осматривая окрестности орлиным взором.

По краям ехали его гвардейцы, все красноглазые, как вампиры, постоянно хлебавшие то ли воду из фляжек, то ли вино из бутылок.

Граф Дюка выдвинулся со свитой аж из трех карет. Сам на коне, в доспехах, на развернутых плечах белый плащ с вышитым грифоном, по обеим сторонам гвардейцы, слуги разряжены как павлины. Первая карета для графа, пустая сейчас, на второй слуги, на третьей какие-то полураздетые женщины.