Чужое тело. Чужая корона

Обсудил со Жданом достоинства и недостатки трактиров в Рыночном квартале, посетовал, что в последнее время туда в одиночку ходить слишком опасно, а «Похотливый овцебык» стал слишком дорогим для честного имперца…

Короче, в душу влез.

У меня даже зависть колыхнулась. Ну вот, какой-то имперец, впервые нас видящий, уже для всех свой парень, а я тут уже с полгода, а так и не научился с людьми быстро сходиться. Надо присмотреться к этому имперскому барону.

– Сегодня уже вряд ли пойдем. – Поглядел на небо барон Нават.

Собирались тучи, подул легкий холодный ветер. Крестьяне в загоне заволновались, им туда бросили хвороста и горящие факелы, чтобы не замерзли.

– Стоило так… – поморщился Ждан. – Заплатили бы по медяку, и…

– Да хватит уже, тошно глядеть, – сказал Волин. – Тоже мне, гвардия, с холопками справилась.

В загоне для крестьян что-то происходило, и вдруг оттуда раздался такой пронзительный вопль, что я невольно вздрогнул.

– Эт-то еще что… – поднялся Виктор. Потом опомнился, опустился на скатанный плащ.

 – Ваше высочество, пойдемте в шатер, нечего на ветру сидеть нам, там теплее…

Ждан и Волин переглянулись, встали, зашли внутрь, подавая пример.

– Пошли, – согласился я. Подумал минуту, но потом понял, что в любом случае дурачка из себя строить поздно. Барон Нават, если он не полный идиот, сразу догадается, что я из себя клоуна корчу. И задумается, зачем мне это надо. Потому лучше уж быть самим собой. Конечно, это не значит, что я буду особо показывать мощь да силу моего разума, перед которой все быстренько склонились…

– Росинант! – позвал я.

– Да, ваше высочество.

– Устрой слуг, за лошадьми проследи, да, и спроси у слуг барона Навата, не надо ли им чего. Если надо, выдай в разумных… Что это ты мне суешь?

– Серебро, ваше высочество. Это сдача, вы денег слишком много дали, вся еда меньше стоит…

– Храни пока что у себя, когда закончатся – скажешь, я еще дам. Все сделаешь, доложишь, и свободен на сегодня.

– Да, ваше высочество.

В шатре было тепло.

В центре, обложенный камнями, на голой земле пылал костер, на полу толстые ковры. Дым от костра вился вверх, выходил через дымоход. А хитро сделано! Стены как в кулек собираются, а отверстие прикрыто еще одним куском ткани, но не целиком, а так, чтобы оставался промежуток. Дым хорошо выносит, и снег не заметет, если ночью метель будет.

Уснуть было сложно, всю ночь слышались крики и вопли подгулявших дворян.

Н-да, тяжелый человеческий материал. Но другого нет.