Трижды Александра. Серия «Трианон-мозаика»

Ольга позвонила ей из аэропорта, предупредив, что временем не располагает, и предложила встретиться в районе метро «Московская». Лика увидела мать издалека, посреди будничной толпы она смотрелась весьма заметно. Они устроились в уличном кафе, сидя друг напротив друга за дощатым деревянным столом, покрытым соломенными салфетками.

– Хорошо выглядишь – одобрительно сказала Ольга. – Я боялась, что развод и переезд тебя подкосят. А ты молодец!

– Я про тебя могу сказать то же самое. Как живешь?

– Пока в подвешенном состоянии.

Сейчас перебираюсь из одного полушария в другое. Но думаю, что скоро смогу определиться, где жить. Мой будущий муж уже познакомил меня со своими детьми.

– Тебе что, придется их воспитывать? – удивилась Лика.

– Бог с тобой, они почти такого же возраста, как я. Вот, посмотри.

Мать полистала снимки в галерее айфона и протянула его дочери.

– Это мы у него дома, а это на уикенд выезжали.

Лика взглянула на изображения, вежливо сказала:

– А он ничего, не противный.

Сколько ему лет?

– Неважно, у иностранцев мужчины со средствами гораздо дольше похожи на мужчин, чем наши, российские. Знаешь, я жалею, что столько времени потратила на русских мужей. Когда я устроюсь, позову тебя к себе в гости.

– Мам, мы разговариваем, как в кино. Я тебя что, совсем не интересую?

– Как ты можешь так говорить?

Ольга сняла темные очки, надела их на голову поверх плотно повязанного желтого с белым платка.

– С этим перелетом и голову нет возможности помыть… ну да, у меня не все гладко.

Она провела руками с ярко-красными ногтями по загорелому лицу, словно разглаживая его.

– Знаешь, мне запомнилась одна фраза, не помню, как назывался тот фильм. Экранизация какой-то пьесы Островского. «Красавиц мало, а богатых дураков много». Так вот, сейчас красавиц много, а богатых дураков нет. Совсем.

Мать и дочь молчали, следя, как официант расставляет на их столе тарелки с заказанными блюдами.

– По всему свету одно и то же – заметила Ольга.

 – Крестьянская кухня правит бал. Все эти пиццы, фондю, салаты типа греческого, раньше были едой бедных людей.

– Что в этом плохого? – возразила Лика.

– Ничего, только везде одно и то же. Я, наверное, устала. Волновалась перед встречей с тобой, боялась, что ты будешь меня либо упрекать, либо просить денег.

Лика усмехнулась.

– В чем упрекать? В том, что ты уехала, оставив меня один на один с Деминым? Но он сам постарался спровадить тебя подальше.