Трижды Александра. Серия «Трианон-мозаика»

Лика на всякий случай подстраховалась, немного приврав, потому что с Никиты сталось бы попытаться пристроиться у нее пожить. Никита родился в Питере, но почему-то жилья не имел, вечно скитаясь по съемным квартирам.

Прокатившись по каналам и перекусив в первой попавшейся кафешке, они поехали к Никите. Он обитал возле станции метро «Лесная», в блочной пятиэтажке.

Поднимаясь вслед за Никитой по крутой лестнице с узенькими ступенями, Лика поражалась обилию дверей на каждой крохотной площадке.

– Что головой вертишь, Анжелка? Забыла, как обычные люди живут?

С грохотом отперев дверь в квартиру, Никита впустил Лику в переднюю, в которой свободной оставалась только узкая щель между штабелями коробок, нагроможденных до самого потолка.

Пробираясь между ними, Лика опасливо поинтересовалась:

– А чем это так жутко пахнет?

– Не бойся, не тараканов травили. Это мой сосед, гений-одиночка, дома работает.

Никита открыл дверь в комнату. Одна стена была также заставлена картонными коробками, но в комнате еще помещался разложенный диван, платяной шкаф и стол с компьютером.

– Интерьер в стиле деловой роскоши – бросил Никита, сгребая с дивана разбросанную одежду и заталкивая ее в шкаф. – Я же все-таки дизайнер.

Лика постояла, насмешливо улыбаясь, демонстрируя, что она ничего другого и не ожидала. Но для нее, привыкшей за годы супружества к регулярному сексу, вынужденный перерыв оказался слишком долгим. И она, посмеиваясь, стянула через голову узкое платье и шагнула к Никите.

Через пару часов они валялись на том же диване, и, смеясь, пытались укусить одно яблоко вдвоем.

– Кофе хочешь? – вспомнил Никита об обязанностях гостеприимного хозяина.

– Хочу. А в кухне у тебя тоже коробки?

– Самая малость. Дай еще чуть полежу, и тогда пойду кофе сварганю. Если хочешь побыстрее, сходи сама. Кухня напротив. Мой стол и шкафчик возле окна.

– Лентяюга!

Лика набросила на себя футболку Никиты и пробралась в кухню. Микроскопическое пространство разделялось пополам.

Там стояли два стола, два табурета и на стенах висели два шкафчика. На том сходство заканчивалось. Стол Никиты отличался относительной пустотой и чистотой, но вот второй… Стало понятно, откуда исходил тот самый едкий запах химикатов. Каждый сантиметр пространства был заставлен колбами, ретортами, мензурками, спиртовками, и много еще каким оборудованием, названий которого Лика не знала.

Она быстро сварила кофе и вернулась в комнату с двумя чашками.