По ту сторону. Детектив

Сволочи! Ну почему именно мне все это?! А вдруг, они меня правда живой бы оставили? Почему я откусила ему член?

– Хочешь, я домой позвоню? У тебя тут родственники есть?

Руки ловко распаковывали мою голову. И снова запаковывали. Повязка осталась на одном глазу. Я почувствовала прикосновение чего-то мокрого. Медсестра промывала правый глаз. Раствор потек по щеке, попал в рот. Я облизнула мокрые губы. Никакого вкуса.

– Можешь открыть свой глазик.

Она снова провела по моему закрытому глазу, но в этот раз это была сухая и мягкая ткань.

Она промокнула губы и щеку. Не хотелось ни шевелиться, ни открывать глаз, ни думать, ни вспоминать. Мягкие и уверенные руки взяли мое лицо за щеки и приподняли.

– Девочка, не бойся, открывай. Посмотрим на него.

Подчиняясь, я открыла правый глаз. И тут же закрыла его. Движение повторилось эхом в левом глазу, и боль, которая, казалось, не может быть сильнее – усилилась. Стон раздался в моей голове, и я снова удивилась, что звук отразился от стен.

– Надо открыть глазик.

Больно? Ничего, ничего. Привыкай. Открывай, девочка. Еще раз. Ну…

Разомкнув ресницы, я замерла, пытаясь сдержать дыхание и движение.

– Ну вот, умница. Молодец. Хорошая девочка. Теперь сможешь снова на все посмотреть. И покушать.

Еще бы сказала – посмотреть на все новыми глазами – подумала я, но промолчала. Красавица – алмаз, два зубы – один глаз, – вот когда начинаешь понимать детсадовские дразнилки. Передо мной сидела симпатичная, маленькая девушка. Ее лицо было круглое и очень молодое.

Точеный нос был запросто вздернут кверху, зеленые глаза смотрели из маленьких, узких щелочек. Углы губ извивались бантиком, она улыбалась.

– Я – Надя. Если что-то хочешь, можешь сказать.

Она снова улыбнулась и встала. Когда она стояла, то с трудом доставала капельницу.

Я хотела заново родиться, но просить об этом Надю было бесполезно.

– Ну отдыхай. Ничего смертельного у тебя нет. Через пару недель, и даже раньше сможешь домой пойти.

Она как будто прочла мои мысли. А может все думают одинаково, когда попадают в больницу.

Когда я буду здоровым, когда не будет боли, когда у меня вырастет новый глаз. Я снова застонала. Каким богам нужно молиться, чтобы все забыть. Хочу новую память. Чтобы отмахнуть воспоминания, я посмотрела в окно. Все как всегда. Голубое небо, желтое солнце, зеленые листья. И до меня, и после меня. Я жива, но этому солнцу нет до этого никакого дела. Оно радостно светило бы и грело всех без разбора и после моей смерти.