Кинетик

Как страшный сон, знаете, такие бывают в сюрреализме?

Сомов напрягся и подался немного вперед как будто, чтобы лучше меня слышать. Его глаза зажглись интересом, а мое сердце заколотилось быстрее.

И я поведала ему все произошедшее в подробностях, какие только могла уследить.

Он задавал мне много вопросов, так словно уже не в первый раз слышит подобные вещи.

Он ходил по комнате, что-то записывал, слушал, потом снова задавал вопросы. Я тем временем выпила три чашки чая, и уже прилично расслабилась.

Меня больше не мучала идея, что возможно я сошла с ума.

Ощущение уверенности в увиденном, желание во всем разобраться, и жажда справедливости охватили мое существо.

– Ну все понятно, София, Вы тоже кинетик! –внезапно заключает мой гений.

–Кинетик? – удивляюсь я такому выводу.

–Да, я придумал такое название для особых существ нашего мира. На самом деле их по-другому не назвать. Это не супергерои, не лидеры, не члены особого ордена, не сверхкаста. Многие сами не осознают, что таковыми являются, вот например как Вы.

–Ясно. – такое утверждение меня слегка озадачивает. – Лев Геннедьевич, скажите, а как это связано с утренним происшествием?

-Кинетики– это те, кто создает движение в этой вселенной. А движение – это время. Из нашей энергии создается время и его остановки. Те, кто только останавливают время, это своего рода падшие кинетики – антикинетики. Они делают это с целью украсть, уничтожить, навредить.

В твоем случае это мелкие пакостники, они лишь украли машину.

В мире существуют личности и посерьезнее, вплоть до тех, кто сталкивает лбами целые государства, подбрасывая письма агрессивного содержания обеим сторонам. Всего их около двух сотен, в отличие от двигателей, которых я насчитал уже более полутора тысяч.

У меня вдруг все плывет перед глазами, то ли от столь нелепой информации, то ли от того, что Сомов перешел на “ты”, а может просто от безумства сегодняшнего дня.

Я теряю сознание.

Просыпаюсь в своей комнате уже под вечер.

Теплый свет просачивается сквозь щель в приоткрытой двери. В моей детской задернуты шторы, но итак понятно, что на улице стемнело. Сейчас около восьми вечера, на юге страны нет никаких белых ночей, смеркается рано, но это не повод ложиться спать.

Я пытаюсь привстать, голова еще немного кружится, зажигаю ночник. Моя спальня озарилась нежным светом, освещая десткий стол, полки с грамотами и медялями, огромную коробку с моими вещами со школьных лет.

– Мам.