Поймать лаптем удачу

– Лежите, лежите. Вам можно будет встать через двадцать минут, не раньше, – обратилась ко мне женщина. Эти два хмыря, майор Петров и брат Михаил, набросились на меня.

– Пришла в себя, красавица? Да, опознание – это не для слабонервных.

Как этот жирный майоришка быстро перестраивается! И голос, и интонация – ну вылитый мент!

– А я думала, я баба, мечтающая ощупать труп незнакомца, – вырвалось из меня.

Майор кашлянул, а Михаил с делано заинтересованным видом спросил, как маслом по засохшей корке:

– Ты себя хорошо чувствуешь?

Меня заколотило, слезы брызнули из глаз.

– А что, не видно? Я тут неизвестно где валяюсь, вместо того чтобы ухаживать за подругой, которая благодаря заботе брата, ее же любовника, оказалась в коме! Это ты, я смотрю, весь сияешь! Как бизнес, не жмет? Тяжело, поди, за братом донашивать?

Майор, наверное, не рассчитывал, что я увижу, как он, глянув на Михаила, показывает ему, мол, мадам-то – тю-тю. Вслух он сказал:

– Виктория, кофе не хотите?

Я промолчала, а он продолжил:

– Вера Ивановна, принесите Вике успокоительное.

Медсестра, бормоча: «Бедняжка, столько горя…», – скрылась за дверью. Михаил даже не изменился в лице, а только отошел подальше.

– Я оплачу лечение Маши. Переведу ее в хорошую клинику.

– Скажите, майор, вы за этим, – кивнула я на Михаила, – меня позвали? Вы ожидали, что я буду молчать за лечение подруги?

Майор опять хрюкнул. То ли хотел рассмеяться, но не стал, то ли от неожиданности.

– Дорогая Вика…

– Я вам не дорогая, – оборвала его я.

– Виктория, – крякнув, начал он, и опять так по-деловому, ни за что его не заподозришь в хамстве, которое он позволил себе буквально несколько минут назад, думая, что я не слышу. – Виктория, вы вправе высказать свое мнение. Если Миша виновен, то пойдет в тюрьму, будь он мне даже братом.

– У вас, я смотрю, это в крови. Убить, посадить, но бизнес не делить.

– А вам не угодишь.

Майор так мило это сказал… О, нет, неужели он со мной заигрывает?

– Я говорю, если Михаил его убил – сядет в тюрьму.

Как-то неправдоподобно это звучало. Как пыль в глаза, чтобы отвязаться. Или он заранее знал, что Миша никогда не сядет, мол, пусть сначала докажут?

Пришла Вера Ивановна с мензуркой с лекарством, таблетками и с чашкой чая, от которого пахло мятой.

– Выпей, детка, тебе полегчает, – заботливо подала она мне мензурку.

Я понюхала – пахло смесью валерьянки и то ли боярышника, то ли еще чего-то.