Новая жизнь Семёновны и Захаровны

Зин, из сорок восьмой любитель парковаться на газонах взнос на наш отдых принёс? – развернувшись корпусом, хозяйка квартиры с хитрецой посмотрела поверх очков на закадычную подругу.

– Спрашиваешь! Принёс, разумеется, и ещё сверху премию выделил, когда узнал, что мы собрались съездить отдохнуть. Вот же, паршивец, думает, мне невдомёк, что он спит и видит, чтобы мы не вернулись обратно. Так что, Семёновна, не зря ты ему штраф лопатой по стеклу его драндулета выписала – заслужил!

– Ты ему флешку с записью, где он соседский автомобиль метит в пьяном угаре, отдала?

– Скрепя сердце, – садясь в огромное кресло возле стола, тяжко вздохнула собирательница подати с провинившихся перед ними.

– Не переживай, Гришка опять что-нибудь выкинет, он же форменный идиот, – усмехнувшись, махнула тоненькой рукой старушка.

– Семёновна, я чё пришла… У нас изменения в отдыхе намечаются. Кажется, наконец, моя мечта сбудется!

– Зина, только не говори, что решилась на то, чтобы тебя, как БТР, на нескольких парашютах выкинули, или на заказ сшили какой-то супербольшой парашют! – заволновалась собеседница.

И ведь не беспочвенно – была у Зинаиды мечта: она хотела испытать свободное падение, но из-за её габаритов – неисполнимая. Зато Семёновне приходилось исполнять мечту дважды: за себя и за неё – ну не пропадать же деньгам зря! Так что её волнение понять можно.

– Про прыжки с парашютом забудь, – Клавдия облегченно вздохнула. – Я договорилась о полёте на воздушном шаре.

– Воздушный шар, говоришь? – задумалась экстремалка номер два. – А ты случайно Гришке об этом не говорила? – та утвердительно кивнула. – Теперь понятно, почему он сверху деньжат подкинул – на смерть нам, подлюка, раскошелился.

– Ты чего каркаешь?! – взорвалась Захаровна.

– Так, орать прекращай, лучше давай помолимся и начнём заново обсуждать план, глядишь, и на этот раз с божьей помощью обойдётся.

– Ты чего села, тушка тюленя, вставай рядом и молись о том, чтобы вернуться в добром здравии!

Захаровна посмотрела на подругу осуждающе, чуть слышно ругнулась, но всё-таки направилась к ней.

– Не преуменьшай мои достоинства, я больше на гиппопотама похожа, чем на тюленя.