Новая жизнь Семёновны и Захаровны

Как только выпили, Петровна и Фёдоровна вспомнили про недуг Захаровны и тут же засобирались, мол, у них срочное дело и откладывать его никак нельзя. Быстро собрав документы, коротко попрощавшись, стремглав помчались на выход. Стоило за ними закрыться двери, раздался раскатистый смех Зинаиды.

– Десятый раз срабатывает твой план, и всё как в первый раз! Не жалеешь ты психику соратниц, – продолжала она веселиться.

– Да ничего с ними не будет, они за дверь выйдут и забудут. Не знаю, как Фёдоровна, а Петровна точно.

– М-да, склероз, оказывается, довольно-таки выгодная штука, – хохотнула Зинаида. – И всё же ты немного круто с ними обошлась.

– А что делать? Не я такая, а обстоятельства, сама же понимаешь, без дополнительного стимула наши перечницы до утра бы дела принимали!

***

Наутро вышеуказанные перечницы и другие жители близстоящих домов пришли провожать старушек. Всё это напоминало проводы не в отпуск, а в последний путь. Народ не скрывал своего горя, некоторые даже украдкой вытирали скупые слёзы.

И что-то подсказывало – у большей части провожающих это были слёзы радости, ведь во взглядах их читалась затаённая надежда на счастливое избавление от вредных старушек.

Глава 2

Бабушки-одуванчики, наконец, приземлились в Санкт-Петербурге. Погода стояла солнечная, небо ясное, что редкость для этого прекрасного города. Захаровна сгорала от нетерпения, ведь вечером сбудется её мечта – полёт на воздушном шаре! Чтобы как-то унять свой буйный темперамент, почтенные дамы решили погулять по Невскому проспекту и заглянуть на Дворцовую площадь – им очень нравилось отдыхать в скверике возле фонтана, и они всегда туда приходили, когда прилетали в этот город.

Прохладно, музыканты – в общем, полный релакс.

– Зин, точно никаких сюрпризов не будет? Ну, я имею, в виду, нам не дадут от ворот поворот, как в прошлые разы, из-за того, что у тебя вес большой? – обратилась к ней подруга, когда они сели немного отдохнуть на лавочку у фонтана возле Зимнего дворца.

– Нет, на этот раз такой пакости не произойдёт. Я всё узнала заранее. Шар, на котором мы полетим, объёмом до трёх тысяч кубометров, он может поднять в воздух двести – двести пятьдесят килограмм, не считая пилота. Так что, если взять мои сто сорок и твой бараний вес, то мы даже не дотягиваем до двухсот.

– Так-то да, но никто не отменяет форс-мажора и… – начала Семёновна, но тут же её монолог, наполненный сомнением, прервал грозный рык подруги.