Юность Екатерины Великой. «В золотой клетке»

Как ни странно, но в покоях наследника стояла тишина, изредка ее прерывало смущенное хихиканье и шушуканье. В театральной мастерской большая группа кавалеров и дам восседала на различных стульях, табуретах, скамеечках для ног перед заколоченной дверью, смежной с покоями императрицы Елизаветы. Все гости наследника пялились на эту дверь, изрешеченную просверленными дырочками на ту сторону покоев.

– Присоединяйтесь, я оставил вам самое лучшее место, мадам, – указал наследник на стул с высокой резной спинкой.

– Как вам не стыдно, Ваше Императорское Высочество! Это верх неприличия подглядывать за императрицей! – зашептала Екатерина, не думая присаживаться. Она продолжала стоять в дверях. Притворяться не приходилось, задумка наследника действительно была ей омерзительна, как человеку, находящемуся под постоянным контролем. – Сейчас же прекратите этот гнусный спектакль, он не делает вам чести и чести вашим зрителям!

Первыми из придворных, кто посмел, стыдливо опустив глаза, встать и проскользнуть между супругами, оказалась Крузе, а за нею остальная свита Екатерины.

Крузе одарила Екатерину довольным взглядом, а на наследника посмотрела, опустив уголки губ, что у нее означало степень крайнего негодования.

Так же тихо, с понурым видом, покинули мастерскую и остальные придворные. Петр улыбнулся, глядя последнему в спину. Екатерина попыталась выдохнуть и расслабиться, когда вздрогнула – прохладная рука наследника коснулась ее и ласково пожала.

– Ждем ужина… – прошептал Петр и тут же громко крикнул:

– Эй, бездельники, разгребите все эти стулья! Спектакль закончен!

Сделав реверанс, Екатерина удалилась.

Обед и ужин прошли без происшествий, сегодня не было ни бала, ни маскарада, так любимых императрицей. Екатерина обождала некоторое время Чоглокову и направилась в покои Елизаветы. По пути она несколько раз останавливалась и осеняла себя крестным знамением.

– Ее Императорское Величество Елизавета Петровна занята, она не может вас принять, о встрече я уведомлю вас позже, – дежурный реверанс со слегка наклоненной головой окончил короткий разговор.

«Ждать?! О, Боже! Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани меня, рабу Твою, Екатерину! Теперь каждую минуту может вызвать к себе, буду висеть и болтаться на ниточке, как кукла!»

…Прошло три дня.