Юность Екатерины Великой. «В золотой клетке»

 – Говорила?

Екатерина залилась румянцем и кивнула, попыталась ответить, но императрица подняла руку, останавливая ее:

– Нежные чувства – это хорошо. Но этого мало, дорогая. Чувства должны быть видны, а вы их прячете за слезами и нервами. Нельзя забывать о долге, мужчины не любят плачущих жен! Я специально назначила графиню Чоглокову гофмейстериной. Она добра, но ее главное достоинство – она любящая супруга, счастлива в браке. У нее дети. Считаю, имея такой пример перед глазами, вы быстрее научитесь правильно себя вести с мужем и, надеюсь, вскоре подарите мне наследника.

Императрица поцеловала Екатерину в лоб, перекрестила:

– Поправляйтесь, ведите себя благоразумно – вы нужны России, – и вышла.

После кровопускания Екатерина почувствовала себя легче, она смогла подняться на следующий день, ее навестил Петр. Вид супруга был несколько смущенным, что он тут же по прямоте своей и пояснил:

– Я в растерянности. Мне дали понять, что вы меня не любите, так ли это, Екатерина?

– Ах! Я совершенно ничего не понимаю, Ваше Высочество! Это очередной заговор против нас! Ко мне приставили графиню Чоглокову, и это чудо, что ее нет сейчас рядом! Мне дали понять, что я должна брать с этой дамы пример, и только так смогу доказать свою привязанность и любовь к вам! Боюсь, меня подозревают в чем-то грязном и неприличном!

– Фуух… Я уж думал, что-то серьезное! – обрадовался Петр.

– Да. Спасибо, но…

– Замечательно, мы продолжим наши занятия! – перебил Петр, – Генерал Репнин просто чудо, он прекрасно разбирается в артиллерии, а это весьма важно: за нею будущее всех побед в новых войнах! Еще он хорошо понимает в фортификации, Катрин. Вы так много пропустили со своей болезнью!

– Ваше Высочество! – перебила словесный поток мужа Екатерина, у которой уже не было сил слушать бурное излияние похвал новому наставнику.

– Простите. Какой? Наоборот, у нас все складывается замечательно, генерал…

– Ваше Высочество, мне скоро открыто будут говорить о моем долге! Остановитесь хоть на минуту и постарайтесь меня понять и услышать!

– Мадам, вы о чем? – На лице Петра читалось искреннее недоумение. – Я не сомневался в вашей дружбе, в вашем хорошем отношении ко мне. Вы устраиваете меня как супруга.