Виски для пиарщицы

 – Просто задыхаемся. Какой у вас стаж?

Ух ты! Я ведь спросила машинально – привыкла ко всем приставать за последний месяц. Если бы знала, что товарищ заинтересуется, сначала бы обязательно выяснила, чем занимается холдинг «Бэст». А теперь спрашивать уже поздно.

– Стаж – одиннадцать лет, – вкрадчиво поделилась я.

– Да бросьте! Вам самой одиннадцать.

– Вы прекрасно знаете, что мне двадцать восемь, вы же видели мои водительские права! И уже на первом курсе универа я начала подрабатывать в рекламном агентстве.

– Хорошо. Английским владеете?

– Да.

– Последнее место работы?

– Строительная компания «Армада». Там я проработала шесть лет.

– У Михаила Ивановича? – обрадовался новый знакомый. – Знаю, знаю! Мы с ним как-то раз на охоту ездили.

– О, да, наш генеральный – разносторонняя личность! И строитель, и охотник! Сейчас собрался на кабана. С подхода. Опасно это, знаете ли. Вот прямо волнуюсь за Михаила Ивановича, – я поёжилась, вспомнив налитые кровью глаза гендиректора.

– Ничего, он опытный охотник, справится! А почему уволились из «Армады»?

– Влюбилась в начальника отдела. Мы решили, что дальше не сможем работать вместе. Мне пришлось уйти.

– Первый раз слышу такой откровенный ответ на собеседовании, – улыбнулся Андрей Борисович. – У нас ведь собеседование, пусть и импровизированное. То, что отработали шесть лет в «Армаде», – отличная рекомендация. На какую зарплату рассчитываете?

– Восемьдесят тысяч, – не моргнув глазом, отчеканила я.

А что? Девушку засасывает в болото нищеты! Надо как-то выкарабкиваться.

– Это вы, конечно, раскатали губки, – усмехнулся Андрей Борисович. – Пусть они у вас и прелестные, однако, подберите их обратно. – Максимум, что могу пообещать – шестьдесят. Да и то, после испытательного срока. На испытательном сроке – сорок пять.

– Когда приступать?

Гуд бай, авиапредприятие! Самолёты – это прекрасно, но зарплата, названная лётчиками, увы, не конкурирует с предложением холдинга «Бэст».

– Давайте послезавтра.

– Договорились. Спасибо.

– До встречи, Маргарита!

И он задержал мою замёрзшую руку в своей ладони на целых полторы секунды дольше, чем позволяли приличия…

Я еле-еле ползла вверх по лестнице и подсчитывала: полмиллиона – Михаилу Ивановичу, двести тысяч (если не больше) – доплата за ремонт «мерседеса», триста – моя убитая «тойота».