Перстень Отца

Видя слабость Забуды, Ворун продолжал: «Когда наши родители умирали, они просили меня заботиться о тебе, ведь ты был еще крохой. И ты знаешь, что я всегда старался сделать твою жизнь лучше. Верь мне и сейчас, я желаю тебе только добра. Ты же знаешь, да?»

Забуда вздохнул, соглашаясь с братом, хотя его сердце разрывалось на множество мелких кусочков.

– Так что давай, умывайся, одевайся, и мы пойдем к старосте и обменяем этот перстень на скотину. А вечером мы устроим пир, самый настоящий, какого у нас не было много лет! – уверенно сказал Ворун, нависши над братом, чтобы заставить его согласиться.

Уверенность и напор Воруна подорвали волю Забуды. Он привык подчиняться брату и никогда ему не перечил, поэтому встал и начал медленно собираться, перед выходом взяв черствую горбушку хлеба, которая осталась со вчерашнего ужина. Размачивая во рту хлеб и глотая маленькие кусочки, он чувствовал, как в уголках его глаз собираются слезы. Вчера он только поверил, что ему уготована другая судьба, что его отец жив и желает встречи с ним, что стоит только сделать шаг и уйти из деревни, как все станет ясно и понятно, а сегодня его брат, которому он доверял, забирает у него эту надежду, а у него нет сил, чтобы противостать ему.

Тысячи мыслей проносились в голове у Забуды, пока он медленно шел к дому деревенского старосты. Он смотрел на широкую спину Воруна, который решительно шагал перед ним, иногда оборачиваясь и поторапливая его, как будто боялся, что Забуда может передумать.

Юноша задумчиво смотрел на своего брата, понимая, что его ничего с ним не связывает. Они каждый день вместе ходили работать на поле, занимались домашним хозяйством, делили скудную еду, но он так и не знал, о чем думает Ворун, о чем мечтает. Казалось, что все, чем занят брат – это присматривать за Забудой.

– Эй ты, давай быстрее, нам предстоит сегодня много дел, знаешь, сколько хлопот будет со скотиной, – все поторапливал его Ворун. Голос брата становился все нетерпеливей и жестче.

Наконец они подошли к дому старосты Годоты, которого назначил на эту должность наместник Мрачных Земель Буслай. Дом старосты был больше остальных, он единственный в деревне, у кого всегда была еда на столе. Селяне завидовали ему, потому что он держал небольшое стадо коров и коз, а в его сарае кудахтали куры. Между собой все решили, и не без основания, что Годота брал больше дани, чем требовалось, а излишек оставлял себе.