Драконья Кровь

Тех, кто слабее их, они не замечают, – вампир усмехнулся. – А лорда де Горна они уважают, жизнь за него отдать готовы, потому и выполняют все, что я им скажу.

– Точнее прямой приказ офицера де Горна? – уточнила.

– Именно так, красавица. Прошу, присаживайтесь, – вампир отодвинул стул и, дождавшись, когда я сяду, сел сам.

***

Некоторое время мы молчали. Один из лордов накрыл наш столик пологом тишины и потому стало как-то неудобно под давящей на плечи тишиной.

– Госпожа Дарг, – нарушил молчаливую идиллию офицер кор Вандан.

Взглянула на него и встретила любопытно разглядывающий меня взгляд серебряных глаз.

– Расскажите, что вам известно, о «временной петле»? – и такой требовательный взгляд.

– Вы точно это хотите узнать?

– Ведьма, тебя спросили, ты ответила. Что не понятно?! – сидящий напротив лорд де Рандар сверкнул зелеными глазами, в которых вспыхнул недобрый огонь.

– Все понятно, – согласилась.

«Ну если им нужны знания лишь об заклятье, они их получат,» – подумала и начала:

– «Временная петля» – древнее и запрещенное заклятие.

Для его создания требуется сила пятерых, а лучше десяти чародеев – так больше шанс оставить немалый резерв магии для сокрытия всех следов, чем ваши чародеи и воспользовались.

А еще они как-то узнали, что я буду в управлении и попытались задержать, только оказалось поздно – я уже была со стражами тьмы…

– Хотите сказать, их десять? – вампир изогнул бровь, а тёмные заметно напряглись.

– Возможно.

Сколько у вас чародеев в управлении?

– Пять, – ответил лорд, который за весь день только пару раз открыл рот.

– Ты давай, не отходи от темы, – напомнил мои обязанности тёмный. – Что там с заклятьем?

– Магию вплетают сразу все чародеи, главное, чтоб хоть один был возле того, на кого накладывается заклятье. Нити сплетаются между собой и закрепляются среди свежих воспоминаний. Они не оставляют ни фона, ни следа. Их почти невозможно увидеть.

– Но вы смогли? – не вопрос – утверждение.

– Я уже видела эти нити, – из-за тяжёлых воспоминаний было тяжело говорить, но я продолжила: – Мой жених был подвержен этому заклятию. Сначала ничего не происходило. Потом он стал нервным и часто что-то бормотал, что-то о смерти, о воскресении в ином чистом и спокойном мире. А потом он попытался убить себя, – ком горечи встал поперек горла. – Если бы я тогда не заглянула в его сознание, не успокоила его, кто знает, чем бы все закончилось.