Уходящая во тьму. Тьма не всегда зло…

Она следила за своим питанием, и в 10 часов непременно устраивала перекус. Лида, зная об этом, заехала к матери сразу из магазина глотнуть кофе.

Выложив пакеты с покупками на стол, она со вздохом села напротив матери.

Тетя Нина поставила бутерброды на стол и налила две чашки кофе.

– Опять с утра по магазинам шастаешь?

– Мама, сегодня воскресенье! Я на рынке была, купила краску для волос. И тебе купила, вот!

Достала коробку с краской, поставила на стол.

Мать довольно улыбнулась. Лида подошла к окну и выглянула.

– Ты видела машину?

– Еще вчера налюбовалась, – поджала губы тетя Нина.

– Ты думаешь, она вправду выиграла ее?

– Странный вопрос. Разве ты не была там?

– Конечно, была. Просто я до сих пор не могу поверить, что она выиграла ее. Это так странно! Все так думают, не только я. Все люди!

– Но почему же странно? Мэрия ведь обещала машину? Давно говорили об этом. В газете писали об этой лотерее ко дню города! По телевизору объявляли. Все уши прожужжали, что странного?

– Такую дорогую никто не обещал.

– Подумаешь, странность. В последний момент что-то не заладилось и выделили ту, что подвернулась! Только и всего!

– Мама, ты не понимаешь! Это очень дорогая машина! Не меньше двухсот тысяч долларов. Здесь ни у кого такой нет.

– Почему мы спорим? Спроси у Виктора! Это ведь его мэрия выделила машину, значит, он все знает.

– Он дома?

– Поздно приехал. В соседний город ездил, на совещание. Их долго мурыжили. Так он только к трем часам ночи домой добрался.

В это время послышался шум открываемой двери.

– Господи, как скрипит дверь его кабинета, – проворчала Нина. – Сколько прошу смазать крепления, никто слушать не хочет. Я от этого скрипа просыпаюсь. Это ведь прямо надо мной!

– А он что, не с Ларой спит?

Нина очень хотела сказать то, что у нее наболело, но она сдержалась. Не в ее правилах было говорить что-то, не имея доказательств. А их пока не было.

– Да больше в своем кабинете, – нехотя выдавила она.

Лида удивленно подняла брови. Нина хотела что-то добавить, но по лестнице раздались шаги.

– Кажется, он идет сюда, – проговорила она.

Виктор вошел с сонным, помятым лицом. Мокрые приглаженные волосы блестели, глаза щурились. Халат криво сидел на влажном, после душа, теле и Виктор безуспешно пытался поправить его.

– Доброе утро, Витя! – пропела Лида, намазывая мармелад на булочку.