Обретенная надежда

– Простите, я не хотела обидеть вас, – смущенно пробормотала она.

– Это не имеет значения, – ответил он мягче, – просто вы не должны идти туда одна, Кэролайн. Ни за что на свете.

Кэролайн не ответила. Ей не хотелось дерзить Себастьяну. Ведь она и так зашла слишком далеко. Но пути назад уже не было. На лице Себастьяна отразилась внутренняя борьба. Видимо, он был почти готов согласиться сопровождать ее в игорный дом, но все еще продолжал колебаться. Наконец он устало кивнул, и Кэролайн воспрянула духом: он все-таки согласился выполнить ее просьбу.

– Ну хорошо, – нехотя проговорил Себастьян. – Надеюсь, ничего плохого не случится и мы не пожалеем о вашей глупой затее.

Глава 3

Крэг-Холл, лето 1830 года

– Ну вот и вы. Наконец-то, – проговорил Себастьян. Он поднял глаза от бухгалтерской книги и устало посмотрел на Кэролайн, которая стояла на пороге комнаты. На ней было простое светло-зеленое платье. Низкий вырез декольте подчеркивал красоту ее груди и изящество шеи. Волосы Кэролайн были распущены и свободно лежали на плечах.

Под глазами у нее все еще оставались тени, но кожа приобрела свой прежний молочно-белый оттенок. Кэролайн всегда была худощавой, но теперь она казалась еще более хрупкой. В целом она выглядела гораздо лучше, чем в тот день, когда Себастьян привез ее в Крэг-Холл. Во рту у него пересохло, когда их глаза встретились. Он и забыл, какие прекрасные голубые глаза у Кэролайн. Глаза цвета июльского неба. Чувства к ней давно прошли, но красота Кэролайн производила на него такое же неизгладимое впечатление, как раньше.

– Вы выглядите гораздо лучше, – заметил Себастьян.

– Да, я уже давно не жила в таких прекрасных условиях. Я смогла как следует выспаться и принять ванну. За эти несколько дней я прекрасно отдохнула, – сообщила Кэролайн. – Я спросила у вашей экономки, где можно вас найти, и вот я здесь. У вас очень уютно.

Комната была обставлена довольно просто. Все здесь было создано не для роскоши, а для удобства. Она служила одновременно столовой, кабинетом и приемной, и потому в ней было очень тесно, и царил страшный беспорядок.

Большой стол орехового дерева был завален бухгалтерскими расчетами, бумагами и книгами о сельском хозяйстве. Вдоль стен – книжные шкафы, забитые книгами, пылающий очаг с парой стульев у каминной решетки, в углу – небольшой обеденный стол.

– Эта комната не такая роскошная, но вполне соответствует моим запросам, – проговорил он, как будто оправдываясь. – Я вообще привык жить скромно.