Повеса с ледяным сердцем

Прижала руку к щеке, ожидая, когда уймется покалывание. Прошло много времени, прежде чем это случилось.

Молли Питерс, кроткая экономка Рейфа, своими розовыми щечками напоминала яблоко. Ее муж Альберт, которому одному разрешалось называть ее «моя прелестная малышка», служил главным конюхом. Молли начинала судомойкой еще у прежнего графа, затем доросла до горничной, прислуживая за столом, горничной хозяйских покоев, главной горничной, потом короткое время без особой радости служила покойной графине. После безвременной смерти хозяйки молодой Рейф повысил ее до экономки, передав ключи и предоставив в ее распоряжение собственный кабинет.

Молли Питерс с гордостью и умело занималась делами дома. Она и раньше с удовольствием занялась бы управлением, будь у нее такая возможность, но еще при жизни графини имением Вудфилд-Манор редко пользовались. Вследствие этого у миссис Питерс было мало работы, и, откровенно говоря, она немного изнывала от скуки. Неожиданное появление Генриетты внесло в ее жизнь приятное волнение и вызвало у обычно сдержанной экономки желание поболтать.

– Я знаю мастера Рейфа всю жизнь, с тех пор как он был еще малышом, – поведала она в ответ на вопрос Генриетты. – Такой хорошенький был малыш, такой умный.

– Он таковым и остался, – рискнула высказаться Генриетта, с трудом натягивая свежевыглаженное коричневое платье.

Миссис Питерс поджала губы.

– У него уж точно нет отбоя от поклонниц, – чопорно заметила она. – Такой мужчина, как лорд Пентленд, с такой внешностью и родословной, уж не говоря о богатстве, как у Крёза[3 - Крёз – царь Лидии (560–546 гг.

до н. э.) – царства, занимавшего большую часть Малой Азии; по преданию, обладал несметными богатствами.], будет всегда привлекать взгляды леди, однако хозяин, мисс… дело в том… – Экономка оглянулась через плечо, будто опасаясь, что Рейф может неожиданно войти в спальню. – Дело в том, что он из тех, кто легко влюбляется и легко бросает, как поговаривает мой Альберт, хотя, должна сказать, любви тут мало, а расставание происходит без сожаления. Не знаю, почему я вам это рассказываю, хотя вы такая приятная юная леди, и не пристало бы… Но он не развратник, надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.

Генриетта делала вид, что понимает, хотя, по правде говоря, совсем не была уверена, понятна ли ей разница между повесой и развратником. Ее мама уж точно не видела между ними различий. Генриетта пыталась сформулировать вопрос, который побудил бы миссис Питерс просветить ее.