Попаданка для лорда-ректора

Как мне хочется лечь между твоих стройных ножек и оттрахать тебя так, как никто и никогда не трахал. И не трахнет. В этом я уверен.»

Ему хотелось сказать это, но тени не говорят, а за магическим полем она все равно не услышит. И еще эта чертова тьма, как не вовремя… Но он достаточно силен, чтобы контролировать все, чтобы… О… Лина, да девочка, наслаждайся безнаказанностью и его желанием, он сейчас весь твой, путь ты этого даже не осознаешь.

Навредить ей?

Никогда!

Он будет терпеть до последнего.

Но сейчас она в безопасности. В безопасности от него, от его тьмы. Рядом с ней только тени, а тени не смогут навредить, потому что он хочет делать ей только приятное. Он сделает так, что она кончит. И ей будет вдвойне хорошо, ведь она эмпат. Наверняка она чувствует и его состояние.

Зависнув над ней тенью, он окутал собой все ее тело, стараясь превратиться в один сплошной поцелуй, в одну огромную ласку, Лина страстно закричала, запрокинула голову, пытаясь ухватиться за него, но руки прошли сквозь тень.

Она обхватила себя так, что грудь еще сильнее поднялась, Гадар поспешил обласкать одновременно каждый сосок, прокатиться волной по всей ее коже. Как бы ему сейчас хотелось ее поцеловать. По-настоящему, а не тенью.

Но Лина явно стонала от реального удовольствия, эти розовые щечки и грудь, эта пульсация набухшего бугорка между ног…

Давай малышка, не стесняйся, кричи, сколько хочешь, эти стены никому не позволят подслушать, чем ты… чем мы тут занимаемся…

– Да… пожалуйста…

«Ох, Лина, ты не представляешь, что сейчас со мной творится.

Благодари Обитель, что она оградила тебя от меня. Твои стоны меня заводят, твое тело меня заводит, ты вся – меня заводишь. Я как одурелый студент, а не ректор Академии. Никто бы не поверил, что Гадар Дартион охренел от какой-то девочки-эмпата из другого мира».

Лина дышала все сильнее, он чувствовал, что все ее тело близится к разрядке, как бы ему хотелось быть сейчас в ней, трахать ее, чувствовать членом ее тугую, узкую дырочку, вбиваться в нее глубже… Но ему остаются только тени, только так он может сделать ей приятно.

Она стонала, раскинувшись под ним и окутанная целым облаком теней, которое ласкает всю ее кожу, целует ее везде, одновременно, насколько хватает его сил, проникает в самые потайные складочки, нажимает на самые чувствительные точки. Одновременно. Везде.