Сердцелов

– Для уборки у меня есть гном, – произнес он поглядывая в окно, откуда веет свежим вечерним воздухом и слышно, как время от времени свистят метлы – ведьмы мотаются по вечерним делам, которые, как известно, весьма непростые.

Аманда не сразу поняла, что имеет ввиду сид и захлопала ресницами.

– Я думала, твоя сила распространяется только на женщин, – глупо проговорила она.

Колин покривился, боясь подумать, что представила эта девушка, и сказал:

– Гном старый друг и помощник.

До Аманды, наконец, дошло, что она ляпнула дурость.

– О, боги…. Прости, я дура… Я… Как стыдно… Я просто… Прости.

Колин вскинул ладонь и сделал жест, вроде, да, я все понял, ты прощена, хватит уже. И даже смог вновь нацепить мягкую улыбку.

Когда девушка поняла, что он больше не злится, ее плечи вновь расслабились, а лицо снова повеселело.

Колин сказал:

– Я рад, что все разрешилось. Но, милая, тебе и правда нужно одеваться.

Девушка надула губки, но все же встала. Глаза все еще блестят, как у голодной кошки – это не удивительно, ведь она нагая, рядом с сидом. Покачивая бедрами и нисколько не стесняясь, она прошла на середину комнаты и подобрала вещи.

– Надеюсь, тебе было так же здорово, как и мне, – проговорила Аманда, надевая брюки.

– О, несомненно, – отозвался Колин.

– Я, наверное, не должна спрашивать, и знаю, что ответишь «нет», но мне нужно это услышать от тебя… – проговорила девушка.

Колин покачал головой и сказал, не дожидаясь вопроса:

– Нет, мила, мы не можем повторить. Считай, что ты попала на небывалую разовую скидку. Больше такого не повторится.

Аманда вздохнула и натянула майку. Затем сунула пальцы в карман и вытащила зеленоватый кристалл таафей. Колин даже на глаз, без каратометра определил, что в нем около полутора сотен карато.

Когда она протянула ему кристалл, глядя заискивающе, как щенок, который дождался хозяина, он закрыл накрыл своей могучей ладонью ее пальцы, возвращая назад.

– Оставь себе, – сказал он. – Купишь новое платье.

Аманда ошеломленно выдохнула, она явно не верила, что побывала наедине с сидом Колином Маккенной, а тот не взял с нее ни единого таафея.

– Здесь на целый гардероб, – пробормотала она изумленно.

– Ну вот и сменишь его, – отозвался Колин. – Или поможешь с ним подруге. Ее вещи ужасны.

По лицу девушки скользнула тень, он без труда распознал ревность.