Сердце Черной Пустоши. Книга 2

Несмотря на то, что было еще светло, круглые светильники на тонких ножках, торчащие прямо из зеленой изгороди, начали едва различимо мерцать. Это добавило моему и без того торжественному настрою ощущение значительности и важности происходящего.

Я ожидала что мы поедем в экипажах, но вместо этого наша процессия прошествовала по довольно людной улице. Я старалась не глазеть по сторонам и не вертеть головой, разглядывая местные диковины, но не могла не слышать восторженных криков, которыми сопровождала нас толпа:

– Леди идет!

– Дорогу леди!

– Леди Черной Пустоши идет к Съаксу!

Чтобы немного скрыть замешательство, я тихо попросила мистрис Одли, которая идет слева, рассказать еще немного о предстоящем ритуале.

Камеристка понимающе кивнула.

– Омовение в священных водах символизирует, что все былое, и плохое, и хорошее, вы оставляете в прошлом, заново возрождаясь для Черной Пустоши, – торжественно сказала она.

– Зачем же смывать хорошее? – удивилась я.

– Добро и зло лишь грани одного целого, – наставительно произнесла мистрис Одли, и я поостереглась задавать вопросы.

Миновав длинную и широкую улицу и еще несколько маленьких, мы, наконец, прошли через селение и вышли на берег Съакса.

По виду русло реки не отличалось ничем от других таких же, которых несравненное множество в восточной части Аварона. Но атмосфера, созданная стараниями местных жителей на берегу, погружала в нечто торжественное и таинственное, как бывает, когда впервые посещаешь молельный дом.

Вдоль берега стройными рядами тянутся многочисленные курганы и невысокие статуи в цветочных гирляндах.

Стоило подойти к берегу, как с моих плеч сняли плащ. Прохладный вечерний ветерок облизал открывшиеся кисти и шею. Я оглянулась и увидела, что Рамина раздает каждой из женщин по длинному тонкому факелу и помогает его зажечь.

– Снимайте туфли и войдите в священные воды, миледи, – сказала мистрис Одли вполголоса. – Глядя на убывающее солнце трижды окунитесь с головой и попросите Черную Пустошь быть милостивой. Первый раз к людям самой Черной Пустоши. Второй – к членам вашей семьи. И в третий – к вам самой.

– Но как именно просить? – решила я уточнить, но старшая камеристка не ответила и даже подтолкнула ближе к воде.

– Вам подскажет сердце, миледи, – донеслось мне тихое в спину.