Сердце Черной Пустоши. Книга 2

Я бросила быстрый взгляд на мистрис Одли, которая смотрит на происходящее с явным неодобрением и плохо скрываемым возмущением, и сказала:

– Тогда мы идем на площадь, – решительно сказала я и хлопнула в ладоши, как это делала камеристка.

Сопровождение из женщин колыхнулось и двинулось вверх по улице.

Мне хотелось бежать, подобрав подол, но статус и толпа чопорных женщин вокруг заставляли соблюдать приличия даже в такой страшный момент.

– Миледи, – неуверенно пробормотала мистрис Одли, но я гневно оборвала ее.

– Достаточно! – ледяным, не терпящим возражений тоном, воскликнула я, а затем, уже мягче, уточнила: – Как пройти на эту площадь? Площадь Трех фонтанов?

С этими словами я выхватила длинный факел из руки одной из женщин, и подняла его высоко над головой, точно флаг во время торжественного шествия.

– Миледи, – с плохо скрываемым отчаянием выдохнула мистрис Одли, но я снова перебила старшую камеристку.

– Мы теряем время!

– Нам лучше обойти слева, через городской парк, – тихо произнесла мистрис Одли, и девушки закивали.

Когда оглянулась на остальных женщин, заметила, что все хмурят брови и поджимают губы.

– Я никого не держу, – быстро сказала им. – Кто хочет – волен вернуться домой, ритуал закончен, и вас никто не заставляет…

– Мы идем с вами. Все, – властно заявила невысокая коренастая женщина, и чуть махнула факелом, указывая дорогу. Она многозначительно нахмурила брови и добавила: – Правильно вы поступаете или нет не нам судить.

– Тогда быстрее! – воскликнула я и первая устремилась в указанном направлении, едва не срываясь на бег.

Меня обогнула камеристка, та самая Лана, поднимая факел и освещая дорогу. Черный капюшон девушки откинулся за спину, ветер растрепал пшеничные кудри за спиной. Стоило ринуться следом, как, к изумлению, меня с легкостью обогнала мистрис Одли. Степенная, зрелая женщина передвигалась по улицам города едва не быстрее лани.

На какое-то время перестук легкой поступи, шуршания плащей и сбившееся дыхание нашей процессии заглушил кровожадные крики толпы. Но едва миновали темный, почти не освещенный фонарями парк, как крики возобновились с новой силой.

– Проклятый изменник!

– За сколько ты продался Караваре?!

– Предатель!

– Смерть предателю!

– Смерть! Смерть! Смерть!

Мы с Раминой вырвались вперед и первыми подбежали к людям, столпившимся у помоста.