Сердце Черной Пустоши. Книга 2

– А ведь выходит так!

В следующий миг лица у дворецких вытянулись еще больше, словно испугались, что от громогласного хохота капитана сейчас рухнет потолок, а мне послышался звон столовых приборов.

– Спасибо, капитан Сэм, что нашли время и навестили меня, – поблагодарила я капитана.

Тот бросил виноватый взгляд на дочку.

Девочке было не до него: Диларион, который, должно быть, решил, что хорошо отдохнул, вновь перебрался к Мириам поближе и пыхнул серым облачком.

Это привело Мириам в щенячий восторг, потому что она взвизгнула, захлопала в ладоши, а затем быстрым, неуловимым движением нагнулась и звонко чмокнула дракончика в нос.

– Э, леди, не за что, обращайтесь, – пробормотал капитан, когда понял, что внимание дочери пока для него потеряно, по крайней мере, в ближайшее время. – Я пойду.

– Мириам сопроводят домой, как принцессу, даю слово, – пообещала я, но заметив насупившееся выражение лица девочки, добавила: – Но это будет еще нескоро. Сначала нам предстоит много интересных и важных государственных дел.

– Нам предстоит много важных государственных дел, папа, – бойко повторила мои слава девочка, а Диларион пыхнул облачком.

Неопределенно махнув рукой, капитан Сэм покинул обеденный зал, забыв попрощаться.

Я перевела дыхание, задумчиво посмотрела на Мириам, которая застыла с видом ангелочка с полотна Микелчели, и налила себе сладкого какао.

Когда с какао и доброй половиной пирожных было покончено, Мириам спросила:

– С каких государственных дел начнем?

Я не удержалась, чтобы не рассмеяться, и произнесла немного заискивающе, как принято у взрослых при разговорах с маленькими:

– Наверное, вам крайне необходимо вдоволь наиграться с дракончиком, а мне нужно ненадолго отойти по нудным и неинтересным взрослым делам…

– Ага, мага навестить, – с серьезным видом озвучила мои мысли вслух девочка, отчего я часто заморгала.

– Ты так считаешь? – осторожно уточнила я у девочки.

– Вот мы с вами, то есть я, – проговорил ребенок после небольшой запинки, – родились с рыжими волосами, и Ксансо говорит, что с головы у меня свисают две морковки! Я ненавижу его за это! Можно подумать это моя вина, что волосы такого цвета…

– Ксансо? – переспросила я, сдерживая смех. Непосредственность Мириам нравилась мне все больше и больше. Показалось, именно такой, бойкой и непослушной, в ее годы была Нинель.