Солнце для речного демона

В голове не укладывалось ничего из произошедшего. Она собирается за муж, она хочет сказать «да» Рикки, её Рикки… Он сделал ей сговорный подарок… Она заказала платье у старой Аронды…

Будто сквозь пелену она видела, как поднялся со стула дядя, как он покачиваясь, на подкашивающихся ногах двинулся к двери. Он шел, а Эмили казалось, что приближается её погибель в облике родного дяди.

Дверь скрипнула и отворилась, дядя Рохард посмотрел на племянницу стеклянными глазами и захлопал губами. Он явно пытался что-то сказать, но получалось лишь открывать и закрывать рот, как у выброшенной на берег рыбы.

Наконец он сипло выдохнул:

– Эми…

– Дядя…

– Жребий… – выдавил он, даже не пытаясь сдержать слез, которые заблестели в уголках глаз. – Он пал…

Эмили слышала его голос, словно во сне – он эхом доносился откуда-то издалека и убегал в такую же не туманную даль. Сердце стучало все громче, отдаваясь гулкими ударами в барабанных перепонках, голова потяжелела, тело перестало слушаться, и она упала на спинку стула, вытаращившись на дядю непонимающим взглядом.

– Я всё слышала… – прошептала она. – Я всё слышала…

– Эми…

– Как же мое платье… – лишь смогла произнести она даже не поняв, как глупо это сейчас прозвучало.

Что происходило потом она понимала с трудом. Кто-то куда-то её вел, она падала, ноги подкашивались, но беспамятство упорно не хотело накрывать, чтобы избавить от этого кошмара. Ей говорили какие-то слова, но они долетали обрывистым эхом, моментально растворяясь.

Пару раз мелькнуло лицо Орелии, которая выглядела встревоженной и счастливой одновременно.

Эмили показалось, что дочь бургомистра просила у неё прощения, плакала, говорила что-то ещё, но смысл слов терялся в сером тумане.

На какое-то время она, вероятно, всё же отключилась, потому что вдруг обнаружила себя в широкой ванне, а три девушки одна из которых Орелия, тщательно трут её тело мочалками. Мысли путались и тонули в вязком тумане.

– Прости меня, Эмили, – не переставая повторяла дочь бургомистра.

-Я не могла подумать… Я не знала, чем всё кончится. Это была такая безделица. Я не представляла…

– Замолчи, Орелия, – огрызнулась на нее вторая девушка, а Эмили с трудом узнала в ней Меридит и не поняла, зачем всё это и почему её моют, как беспомощную куклу. – Лучше три усердней.

Орелия выглядела ужасно. Никогда прежде Эмили не видела, дочь бургомистра с таким красным носом и опухшими глазами. Орелия постоянно шмыгала и вытирала щёки тыльной стороной ладони.