Там и Здесь. Хранители рубежей

Я же поступать собиралась. В «Пироговку». А мне снова отказ пришел.

– Я просил помолчать.

– Я третий год пытаюсь туда поступить, а все никак. Но проблема еще в отчиме, в этот раз он сказал, что выгонит из квартиры, если не получится.

– Да замолчи же.

– А я разве не молчу? Я очень даже молчу. Но в моей сумочке были последние деньги, поэтому погналась за тем клыкастым в шароварах. Я бы не гналась, если бы знала, что встряну в такое. А ты ко мне не справедлив. Если подумать, эта осьминожиха Спрутовская права.

Ну кто виноват, что ты упустил того, в цветных штанах?

– Ты можешь хоть не на долго закрыть рот?

– Да кто же спорит? Вообще-то если подумать, мне куда сложнее, чем тебе. Я только что узнала, что в мире существуют… э… что это вообще такое? Я даже названий всему этому не знаю. А тут еще ты с кислой миной.

Резкий толчок придавил меня к стене, и я увидела пронзительно голубые глаза Алекса Хрома прямо перед собой. Он прижал меня крепко и уверенно, при этом оказался так близко, что я различила запах его одеколона – немного терпкий, с кислинкой и чем-то пряным.

Сердце мое заколотилось – ну все, сейчас прибьет в порыве ярости. Доболталась. Что ж меня так прорвало-то?

– Я попросил тебя помолчать! – гневно выдавил он.

Наконец-то мне снова сделалось страшно, хотя это сегодня происходило раз тысячу. И что? Все равно умудрилась влезть в такое, чего нарочно не придумаешь. А от близости брюнетика, который до сих пор придавливает меня к стене, возникли ощущения крайне неоднозначные.

– Пусти меня, – потребовала я.

Его брови сурово сдвинулись.

– Если обещаешь хоть немного тишины.

– Ладно-ладно, – охотно согласилась я, только бы поскорее отвел от меня свои голубые глазища. – Ты главное не нервничай.

– Ррраш, – прошипел агент Хром, но все же отпустил меня и отшагнул назад. – Поверить не могу, что тебя взяли.

Остаток пути я усиленно старалась выполнять обещание молчать. Хотя давалось это с большим трудом. И очень понятно, почему – ведь я ввязалась в какую-то невообразимую авантюру, а объяснять, что к чему, никто не торопится.

И все же до самого выхода из коридора, и даже до развилки у большого стеклянного лифта без крепежей, я сохраняла полнейшее молчание. Агент Алекс Хром хмурился и делал вид, что меня не существует, но время от времени я ловила на себе его мрачный взгляд. Хмурился он как-то театрально и нарочито. Как по мне, мог бы быть и посдержанней в своем негодовании, тем более, оно на мой взгляд, совершенно несправедливо.