Варвара. Наездница метлы

И где твоя чудесная трость с плащом? Снова сеешь смуту?

– Не смуту, – заметил Асмодей. – А необходимую интригу. Людей же надо как-то стимулировать. А вы только прикидываетесь белыми и пушистыми. И вообще, пернатый, я тебя насквозь вижу. Ты зануден.

– Не зануден я! – не выдержал Кафриэль.

Демон поднял руку и помахал официантке, которая только и ждала сигнала, а теперь схватила поднос с напитками и чуть ли не бегом бросилась к нам.

Когда подошла, Асмодей взял еще бокал мартини и шепнул что-то девушке.

Та покраснела и медленно удалилась, скрывшись за той же дверью, что и первая.

Кафриэль скривился, а демон залпом осушил фужер и проговорил, вытирая губы двумя пальцами:

– Не зануден, угу. Рассказать, как одна подопечная сбежала от тебя прямо во время инициации, потому, что всю дорогу читал ей лекцию про целомудрие, благочестие и целибат, которые могут благотворно сказаться на ее умениях?

– Но они действительно полезны! – возмутился Кафриэль, выпрямляя спину.

– Это не доказано, – отмахнулся Асмодей.

Снова повисла пауза. Я тупо переводила взгляд с одного на другого. Демон жесткий, яркий, с хищной красотой, которая скорее не красота, а магнетизм, который обычно куда эффективней смазливой мордашки. К таким, как он, женщины липнут стаями, а ему как с гуся вода. Чем-то бывшего мужа напоминает, только тот беглец и обманщик, а Асмодей открыто показывает, что верность никому не хранит, но готов на любые подвиги хоть сейчас. И, кажется, никто не в обиде.

Белобрысый – полная противоположность.

Мягкие черты, чуть пухлые губы, лицо, как на рождественских открытках, только взрослое. А цвету глаз может позавидовать само небо.

Я завернула за ухо локон и робко спросила:

– Ты ангел?

Асмодей фыркнул и закинул ноги на диван, опершись спиной на стену. Взгляд устремился на рыжую девицу, которая извивается вокруг шеста на помосте. На ней коротенькие шорты с сеточкой и украшенный стразами лифчик. Рыжая вихляет задом и совершает волнообразные движения телом.

Когда заметила, что демон смотрит на нее, вилять стала еще усердней.

Губы белобрысого снова скривились, он вздохнул и проговорил:

– Да, дитя мое. Я ангел и твой наставник до тех пор, пока не пройдешь инициацию.

– И организатор шабашей, между прочим, – добавил Асмодэй, подняв палец.

Я удивленно раскрыла рот и спросила:

– Шабашей? Такое тоже есть?

– Есть, – подтвердил ангел.

– Выходит, библейская картина мира настоящая? – не поверила я.