Попробуй стать моим

Лошадь была скаковой, родилась и прошла тренинг на ранчо Хардвеллов. После полученной на скачках травмы Гаррет выкупил ее у владельца, узнав, что тот собирается отправить ее на скотобойню. Теперь животное было на пути к выздоровлению. Конечно, она больше никогда не будет участвовать в соревнованиях, но при наблюдении опытного ветеринара можно было надеяться на успешную реабилитацию.

– Ох, и вечеринка же вчера была, – потирая лоб, пробормотал Дилан.

Гаррет поморщился. Утром он проснулся с ощущением такого похмелья, какого у него давно не было.

В кабинете Элиаса он выпил бутылку виски, а потом еще несколько стаканов пива с Диланом. Пока вокруг продолжалось веселье, они вдвоем сидели во внутреннем дворике, обсуждая доступные Гаррету варианты. Кроме брака с его сестрой, конечно.

Пока Дилан заводил лошадь в конюшню, Гаррет задумчиво обвел взглядом раскинувшиеся перед ним акры.

– Вчера мы были заняты моей проблемой, – сказал он, – но проблемы могут возникнуть и у тебя – ты ведь здесь управляющий.

Будут ли мои братья тебе подспорьем?

– Работа, конечно, для них найдется, – сказал Дилан. – Но я знаю твоих братьев – изнеженные горожане. Так что на реальную помощь я, разумеется, не рассчитываю.

Гаррет улыбнулся, представив себе эту пеструю компанию из его братьев и кузенов, которые, скорее всего, будут только путаться под ногами.

– А ты не мог бы им предложить какую-нибудь нормальную работу?

Дилан рассмеялся.

– Ты прав. Ведь надо же кому-то чистить конюшни, верно? И вряд ли этим кем-то буду я.

– Не думаю, чтобы ты хоть раз это делал. В последние годы, разумеется.

– Ах ты, руководитель! – Дилан со смехом толкнул Гаррета плечом. – Мы только тогда и видим тебя, когда ты говоришь, кому что делать.

Дилан работал на ранчо столько же, сколько и Гаррет, и был его лучшим другом и самой надежной опорой, хотя с тех пор, как кому-то из них приходилось чистить конюшни, прошло немало лет. Теперь они занимались совсем другими вещами.

Гаррет покачнулся, слегка потеряв равновесие, и рассмеялся.

Если из нелепых условий Элиаса можно было извлечь какую-то пользу, то разве что понаблюдать за братьями, которые скоро соберутся на ранчо, чтобы отработать свои шесть месяцев. Для некоторых из них это могло оказаться настоящим культурным шоком. Гаррет представил себе Уэсса, городского пижона, таскающего тюки сена. И Ноя – рафинированного эстета, который жил в пляжном домике в Калифорнии среди своих гравюр, – за починкой седел.