Тайный сын магната. Прости за все

Тут в комнату входит Айше. Хочу броситься к ней, но она даже не смотрит в мою сторону. Забирает поднос с едой и бесшумно испаряется.

– Голодовкой ты ничего не докажешь, Есения, – бросает Давид холодно.

– У тебя забыла спросить! Ненавижу, – всхлипываю.

Байратов ничего не отвечает, уходит. Снова запирает дверь.

Половину ночи провожу, бодрствуя на стуле. Обхватив себя руками, раскачиваюсь из стороны в сторону. Никак не могу перестать думать, что будет дальше. Снова и снова задаю себе вопросы, чем мой отец мог так сильно разозлить этих людей.

– Ну вот, ты переживал, а она спит тут сладко, как младенец, – голос мачехи доносится сквозь пелену.

– Есения! Дочка! Как ты? Тебя накачали? – тихий голос отца, в котором явно проскальзывают нотки вины.

Подскакиваю. Я на постели, не помню, как в ней оказалась. Отключилась вроде в кресле, поклявшись, что не подойду к месту, где спал ненавистный мне мужчина, пусть даже его не было на данный момент в комнате.

– Как вы здесь оказались?

Все еще не верю, что это не сон.

Даже щипаю себя, чтобы убедиться. Бросаюсь к отцу, обнимаю его.

– Спасибо, что вы за мной приехали! Мне было так страшно! Можно прямо сейчас поедем домой?

Мачеха бросает на меня задумчиво-въедливый взгляд.

– Хм, странное отношение к жениху. Артем, ты уверен, что твоя дочь собирается замуж? – задает вопрос, который лишает меня дара речи.

– Надь, пожалуйста, выйди. Сходи, по саду погуляй. Я поговорю с дочерью.

– Я хочу уехать. Давай поговорим дома, – произношу торопливо.

– У тебя полчаса, Тём, чтобы все разрулить, – поморщившись, Надежда удаляется.

– Что происходит? Я ничего не понимаю! Меня похитили, заперли в подвале, а теперь ты приезжаешь, и…

– Дочка, прости, но у тебя нет выбора. Ты должна выйти за Байратова. Иначе нас всех убьют.

– Что?! Что ты такое говоришь… я не понимаю тебя…

– Есения, ты у меня умная девочка. Я очень сильно просчитался. Виноват перед Давидом. Но еще хуже дело обстоит с его так сказать покровителем.

С Ахмадом договориться почти нереально… Все очень опасно, девочка моя. Не думай, что я жертвую тобой ради своей жизни. Это не так. Я хочу спасти прежде всего тебя…

– Я ничего не понимаю! Но замуж точно не пойду, уж прости…

После сна меня дико мучает жажда, голова плывёт. Соображаю очень плохо. Понимаю только одно… Я в западне. И никто не поможет мне выбраться. Даже родной отец.

Дверь в комнату распахивается, заходит Ахмад. Вижу, как бледнеет отец.