Я помню твоё будущее

И никогда прежде не было у нас необходимости людей подгонять.

– И, кажется, у вас появилась такая причина? Вы хотите чего-то конкретного! Чего-то такого, до чего мы ещё не дошли, хотите подтолкнуть нас… Но, к чему? Вы что же, планировали поделиться сокровенным знанием со мной?

Или это очередная его партия? Играет на нервах? Задел за живое.

– Открыть свободно эти запертые двери не под силу никому из нас. К тому же, существует мнение, что мы не можем предсказать, какой сосуд Пандоры вместе с этой дверью отворится.

Последствия наступят однозначно, и обратить их будет невозможно. Это факт. И даже самые отвязные из нас, неугомонные искатели острых ощущений, – Беньямин посмотрел на меня так многозначительно, что мне показалось, будто он намекает на Феликса, – не рискуют. – Он засмотрелся в одну точку в небе, словно увидел там недоступное простому, невооружённому, глазу. Я поняла, что он испытывает меня на внимательность. – Я не открою запертых дверей для вас: не сумею, как бы того ни желал. Но!

– Как много «но».

– Я пытаюсь обойти одну из них, – будто не слыша меня, он продолжил, – прочистить путь, проложить тропу и провести по ней человеческую особь. И замысел таится в том, что особь эта проберётся к знанию самостоятельно! В идеале было бы этой особи даже не ведать о существовании нашего мира… – задумчиво протянул он.

– Так, и что, ни один из ваших учеников до сих пор не прошёл этой тропой? Не сделал необходимого вам открытия?

– За минувшие полвека пока никто не справился, – доктор поджал губы и замолчал.

– Они хоть выжили? – усмехнулась я. Он мою шутку не оценил и даже не удосужился комментировать. – Значит, я следующий потенциальный первопроходец. Не знаю даже, радоваться мне или плакать… Но почему вы выбрали меня? Тем более, как вы сами подчеркнули, я не совсем подхожу.

– Не то чтобы я вас выбирал. Так звёзды сложились. Но да, мне показалось: почему бы и нет, почему бы не попробовать, коли вы всё равно уже обрушились в моё распоряжение.

– Вау! Что за «везенье»! – съязвила я, подбирая слова, и закручивала на палец нитку необработанного края мантии. – Вы что же, получается, одновременно с обучением, в котором, выходит, сами же заинтересованы, вели работу по очистке моей памяти, стиранию личности, уничтожению стремлений? – Я остановилась, теперь уставившись в землю.