Магический офис. Фабрика теней

Как бы там ни было, но под его умелыми руками то, что еще совсем недавно было бесформенной туманной массой, превратилось в симпатичную девушку.

– Как она прекрасна! – приблизилась Силь к готовой тени и обошла ее кругом, разглядывая.

– Такой захотел ее видеть хозяин, – без тени улыбки произнес мистер Киров. Силь невольно подумала, а умеет ли он вообще улыбаться? Или максимум, на что способен, это ехидно усмехаться? Тогда уж пусть лучше остается серьезным, как сейчас.

– И какая она? – спросила Силь.

– Этого я не знаю. Личные тени становятся такими, какими хотят их видеть и иметь рядом хозяева. Только хозяин сможет привить ей черты характера и поведения. Я этим не занимаюсь. В моем ведении лишь изготовление сырья и придание ему нужной формы.

– И чем же эти тени отличаются от всех остальных? Ну кроме внешнего вида и индивидуального характера?

– А ты полагаешь, что этого мало? – усмехнулся Киров, внимательно рассматривая Силь.

– Нет. Просто я думаю, что есть еще что-то, что вы забыли мне рассказать, – смело ответила она, не отводя взгляда.

– Что ж, ты права… – задумчиво протянул он и первый отвел глаза, словно раздумывая, можно ли говорить ей что-то еще. Силь терпеливо ждала, уверенная, что сейчас узнает что-то на самом деле интересное и тайное. – Тень легко уничтожить или, как мы говорим тут, выключить при помощи специальных заклинаний.

И это понятно, потому как она может надоесть хозяину или перестать удовлетворять запросы того… Причин не мало. Эту тень, – кивнул он на девушку, – уничтожить практически невозможно. И чем большими чертами будет наделять ее хозяин, тем сильнее она будет становиться, как и преданнее ему.

– Что же получается, личные тени – бессмертны? – изумилась Силь.

– Нет, конечно, их век заканчивается тогда же, когда и век хозяина. Просто потому, что такова их природа.

Но не раньше – и в этом вся суть.

– И все? – уточнила Силь. Почему-то ей показалось, что что-то мистер Киров не договаривает.

– Почти, – вновь усмехнулся он, взглянув на нее с подобием уважения. Ну или ей так хотелось думать. – Кое-о-чем я умолчу с твоего позволения. Будем считать это страшной тайной.

Ну вот, опять он с ней, как с неразумным ребенком. А она, между прочим, умеет хранить тайны.