Когда надежд не остаётся

 – Тэхён разворачивается и, кивнув Майклу, что всё будет хорошо, и глазами указав на кнопку вызова, покидает их, аккуратно закрывая за собой дверь.

На самом деле в углу палаты незаметно мигает значок включенной камеры – здесь всё под контролем даже когда медперсонала нет в непосредственной близости. Бояться нечего. Но Майкла словно парализует.

Мэри смотрит на него долгую минуту, видимо, ожидая, что тот что-нибудь скажет, но так и не дожидается, и отворачивается к прерванному занятию. Майкл смотрит, как на белом холсте появляется холм.

Мазки зелёного перемежаются коричневым. Сочные цвета особенно ярко смотрятся на фоне бледной кожи Мэри и её светлой больничной одежды. Красивое сочетание.

– Ты хорошо рисуешь, – наконец выдавливает из себя Майкл, так и не тронувшись с места – стоя как истукан посреди комнаты.

Рука Мэри повисает в воздухе на несколько секунд, но после легко опускается по холсту, нанося очередные короткие мазки – на холме появляется силуэт человека. Майкл разглядывает, как она прорисовывает складки белого одеяния.

Ткань становится похожей на настоящую. Когда-то давно Майкл ходил пару раз на мастер-классы по рисованию, пока не понял, что это совсем не его. Мастерство изображения ткани тогда ему показалось слишком сложно достижимым. Все эти складки, тени, полутени, придающие объём и воздушность. Майкл помучался тогда над эскизом, помучил свежие, наточенные карандаши и оставил это занятие. Как показали позже наблюдения – не зря. Все люди талантливы, но не каждому и рисовать, и петь, и писать, и танцевать. Кому-то даётся только что-то одно. Майклу из перечисленного не далось ничего, кроме, пожалуй, написания. Любимое хобби, всё-таки.

– Ты же не против, если я постою – посмотрю, как ты рисуешь? – опомнившись, уточняет Майкл. Не всем нравится, когда за ними наблюдают.

Мэри ожидаемо ничего не отвечает, и Майкл воспринимает это как разрешение, продолжая наблюдать за процессом. Он, всё ещё, совсем не так представлял их встречу и разговор – скорее монолог, потому что Мэри молчит, но внезапно иные условия их состоявшейся встречи предоставляют ему шанс не быть выставленным взашей.

Почему бы не воспользоваться тогда шансом и не понаблюдать за созданием картины? Во-первых, это помогает чуть расслабиться. А во-вторых, Майклу действительно интересен этот процесс, потому что для него самого это занятие приравнивается к чему-то настолько же волшебному, как пируэты балерин в Лебедином озере или вытягивание высоких нот в песнях.