Когда надежд не остаётся

Мэри закрывает глаза и раскачивается из стороны в сторону, двигая пальцами, в точности повторяя узор мелодии. Майкл превосходно это знает, потому что умеет играть – сам учился в своё время, чтобы записывать песни, что приходили ему в голову. Поэтому движение её пальцев не даёт ему себя обмануть – она перебирает ими не просто так, а абсолютно осознанно. Чего ещё он о Мэри не знает? Воистину, талантливый человек талантлив во всём. Она и рисовать, и играть на пианино умеет. Майкл даже немного завидует.

Песня заканчивается, и в палате снова становится тихо.

Мэри открывает глаза и поднимает большой палец вверх, демонстрируя своё восхищение и пятна въевшейся краски.

– Знал, что тебе понравится, – с гордостью заявляет Майкл. – Вот они будут выступать в моём клубе в воскресенье. Классно, скажи?

Мэри быстро-быстро утвердительно качает головой.

– Мне до сих пор не верится, если честно. Кстати, о баре. Я сделал несколько фотографий, чтобы тебе показать.

Майкл двигает стул поближе и открывает галерею.

– Вот так выглядит основной зал бара. – Говорит он, показывая фотографию: мягкие кресла у низких столиков контрастируют с высокими барными стульями, все лампы сделаны в виде подсвечников – они стоят на возвышениях и висят на стенах, отбрасывая причудливые тени. Идея сделать бар будто из другого века давно зрела в майкловом мозгу, и тут смогла вылиться в реальность. На стенах Майкл для атмосферности расположил портреты в стиле того времени – мрачные и величественные лица вельмож, заключённые в рамы под тёмное золото.

Над барной стойкой повесил огромное зеркало с похожей рамой и с трещинами по краям. Вместо стандартных прозрачных бокалов – бокалы в виде чаш. И последнее, но самое любимое – посередине зала высокий аналой с раскрытой книгой заклинаний. – Еле нашёл такую чернильницу и перо, – признаётся Майкл, указывая на эти предметы рядом с книгой. – Не помню, я говорил название бара? Воронье гнездо. На входе висит фонарь и сидит чёрный ворон. Крылья, как ты любишь, только не белые, а тёмные.

Мэри по-птичьи снова наклоняет голову и жадно рассматривает фотографии, листая их туда-обратно. Видя её заинтересованность, Майкл не может не гордиться. Он вложил в это место много себя.

– Когда выздоровеешь, отведу, чтобы ты посмотрела вживую, – обещает Майкл, и спешно добавляет, – если к тому времени тебе ещё захочется это посмотреть, конечно.

Иногда, как сегодня, Майкл ненадолго забывает о том, что будет, когда Мэри всё вспомнит.