Дебютантка

– Тоже учишься в Эмерсоне? – Я киваю. – Только что поступила или перевелась? – спрашивает он. Еще бы спросил, не вчера ли я появилась на свет.

– Я на первом курсе.

– Я тоже, – говорит он. – Живешь в Литтл-билдинг?

– Ага. На третьем этаже.

Незнакомец достает из холодильника два пива, бросает одно мне, а сам открывает другое и запрыгивает на кухонный стол.

– Круто. А я на восьмом.

– Неплохо, но с третьим не сравнится, – говорю я.

Он замирает на середине глотка.

– Вот как? Это еще почему?

– Третий – единственный жилой этаж, где сохранились оригинальные материалы и конструкция здания.

В две тысячи семнадцатом его взялись переделывать, ведь оно жутко древнее и едва не разваливалось. Потом выяснилось, что восстановить можно только первые три этажа, а все верхние придется менять полностью. Это же вроде как круто, разве нет?

Он ставит пиво на стол и недоуменно смотрит на меня.

– А ты странная, да? – В его устах это, скорее, утверждение, а не вопрос.

– Не исключено, – вздыхаю я, а сама тем временем разглядываю его, изучаю, присматриваюсь, подыскиваю подходящее ему определение.

Едва он открывает рот, чтобы что-то сказать, как у меня появляется вторая за вечер гениальная идея[31 - Первая блестящая идея – пойти ва-банк против Роуз – очевидно была огромной ошибкой. Однако я стала старше, мудрее и теперь куда больше уверена в гениальности своей новой идеи.].

– Слушай, побудешь здесь еще немного?

– Я пришел всего десять минут назад и пока никуда не собираюсь, – говорит он.

 – А что? В чем дело?

– Да просто очень хочу тебя кое с кем познакомить. Сможешь прийти в гостиную минут через пять?

– Наверное…

Кажется, он в замешательстве, хотя заинтригован. Отлично. Значит, полдела сделано. Я допиваю остатки пива и бросаю пустую банку на пол, в кучу других. По шкале опьянения Эллиот Макхью я нахожусь на третьей стадии. Чтобы дойти до пятой[32 - То есть «Эллиот любит всех и хочет целоваться».], краду чью-то недопитую бутылку водки и наливаю себе два шота.

– Ладно, тогда до скорого! – бросаю я через плечо и выбираюсь из кухни.

Завидев своих друзей на крыльце, я кричу:

– Эй! Кто хочет танцевать?

Стоит мне приблизиться к ним, как Мика шлепает меня по руке.

– Ты должна мне сто долларов!

– Вот еще! Я не обещала победить. Сам виноват. И кстати, завтра же верни деньги Роуз наличными, а не то она станет начислять проценты, как в банке.

– И ты проиграла нашу последнюю гирлянду! – восклицает Люси.