Дежурный после полуночи

– Вам придётся отдать лекарства, полковник!

– Неужели?! – едва не сорвавшись на гогот и вздёрнув брови, воскликнул Калинин.

– Фёдор, да послушайте вы! У нас препаратов на один день, а там лечения минимум на пять! – приблизился Николай, опираясь на деревянный стол и нависая над офицером. – Инфекция сожрёт их лёгкие!

– Нет, это ты послушай: для начала не заливай мне пол, – полковник брезгливо махнул в сторону вешалки. – Рядовой! Чай доктору сообрази! – боец виновато кивнул и вышел из кабинета. – Мне казалось я ясно донёс информацию, что партии нет.

– И мы оба знаем, что это полная брехня! – выпалил врач лишь сильнее нависая над столом.

– Выбирай выражения! Обвинять во лжи того, к кому приполз за помощью – не самый умный ход.

– Полковник, среди них же совсем ещё дети!

Калинин ненадолго призадумался и деловито постукал пальцами по столу: – Это всё печально, но ты не хуже меня знаешь, что люди смертны. Вот чего у нас точно полно – так это морфина. Вколи своим пациентам, пусть спокойно уйдут без страха и боли.

– Совсем обезумели?! – нервно задрожал Николай, руки напряглись, грозясь оставить на дереве вмятины ладоней, либо сжаться в кулаки и полететь в лицо собеседника. – Кем вы себя возомнили?! Не вам решать кому жить!

– Именно это и делают командиры, Коля! Странно, что ты к своим годам этого не понял, – печально улыбнувшись, полковник повернулся на кресле и вгляделся в окно: струи дождя наперегонки сбегали по дрожащему в раме стеклу. – Они всё равно умрут.

Ты же не дурак, прекрасно понимаешь: даже если вылечить их сейчас, сколько они протянут? Месяц? Два? Через сколько свалится очередная болезнь или они влезут в петлю от мыслей о своих погибших семьях? А что они будут делать, когда начнётся голод? Когда опускается ночь, выживают лишь те, кто умеет разводить огонь, остальных сжирают хищники. Меня не интересуют бесполезные слабаки, я ответственен за тех, кто сможет выжить в новом мире.

– Полковник, вы не можете обречь их на смерть! Они доверили вам свои жизни! Это же обычные люди! Гражданские!

– Ах, гражданские! – Калинин вскинул голову и истерически улыбнулся.

 – Ну, конечно, как всегда! Гражданские! Никому нет дела сколько солдат полегло, особенно в первые дни! Мои парни совершали невозможное – спасая задницы твоих гражданских! Подвиг, сохранивший тысячи жизней! Но всем плевать, как и всегда! Что до всего этого, что сейчас, – полковник опустошил стакан, немного скривившись от вкуса.