Бандерос для училки, или Мечты сбываются…

Мирослава Викторовна, учительница английского языка его дочери, спорила с каким-то мажором. Она была одета как гимназистка – белая блузка и темная юбка, чуть ли не до колен, но её пленительные формы вызывали отнюдь не отеческие чувства…

Женщина и мужчина ругались, и сначала она старалась призвать собеседника к соблюдению рамок приличия. Всё-таки они были в общественном месте и рядом могли быть дети, но всё её попытки были тщетны: мужчина считал себя правым, и когда понял, что его аргументы и крики не помогают ему переубедить женщину, он решил пустить в ход кулаки.

Вот этого Антон уже не смог позволить. В их семье было одно незыблемое правило: мужчина не имеет права поднимать руку на женщину.

– Не находишь аргументов в споре с женщиной – признай поражение и сделай так, как считаешь правильным, а уже потом в лучшем случае объяснишь причину своих действий, а в худшем – найдешь способ получить прощение, – это сказал им с братом Сашкой их отец, не понаслышке познавший эту истину жизни на собственном опыте.

Старший Стрельцов был счастливым мужем и отцом трех дочерей, так что эту науку выучил и передал свой опыт двум своим сыновьям.

Поэтому, недолго думая, действуя практически на автопилоте, Антон скрутил несдержанного собеседника училки до того, как тот успел причинить ей вред.

– Тебя в детстве не учили, что девочек бить нельзя? – спросил назидательно Антон, приложив, как потом оказалось, бывшего мужа англичанки к капоту его же спортивного авто.

– Мирослава Викторовна, всё в порядке? – это он уже учтиво спрашивал у миловидной блондинки.

Да, имя Мира очень подходило этой невысокой и мягкой женщине. Хотя он бы всё-таки, глядя на неё, сказал девушка, но он знал её возраст, уже 31. В прошлом году на её юбилей её ученики подготовили для неё подарок – сценку из Шекспира на языке оригинала.

И уж чего греха таить, встретившись с ней первый раз, он, было дело, увлёкся её формами и почти невинным обликом правильной девочки. И мысли его быстро перешли в горизонтальную плоскость с её участием.

Но обручальное кольцо и её безупречный вид профессионального педагога быстро охладили его пыл.

И как ему  показалось, Мирослава Викторовна сама минимизировала их дальнейшее общение. Правда, это не всегда получалось, если учесть, что его дочь, при условии хорошей успеваемости, постоянно попадала во всякие неприятности, что, соответственно, приводило к вызову единственного родителя в гимназию.

А теперь, походу, в неприятность попала сама Мира.