Водопад. Память сердца

– Действительно, очень долго. Анна лечилась от бесплодия. Которого, как мне кажется, никогда и не было.

– Тогда, в чем была проблема?

– То, что Бог не дает, невозможно получить обходным путём, Дани. Нам не было дано стать родителями. Анне не было суждено стать матерью. Вот и все, – Лео захлопнул альбом, а затем присел на кровать, – я верю в судьбу. Верю в то, что есть сила, которая способна свести до конца дней и развести самым ужасным образом. Даже то, что я нашел водопад, который помог мне прийти наконец в себя, это тоже рука судьбы.

В нашей власти лишь совершать поступки, а какие – выбор каждого. Хорошие или плохие. Дарить счастье и получать взамен. Или сеять хаос и жить в постоянном беспокойстве. Я даже за решеткой не переставал верить. И делать то, что должен был с полной отдачей. Я честно работал, соблюдал тюремные правила. Я просто верил, что однажды настанет конец. И, в любом случае, он будет счастливым.

– Этот конец – наше новое начало, – обняв его крепко, сказала Дани, – как бы мне хотелось стереть из твоей памяти всё плохое: смерти, тюрьму, разочарования, боль от потерь.

– С плохими воспоминаниями уйдут и хорошие, они рука об руку всю нашу жизнь сопровождают друг друга. В этом и есть прелесть жизни. Помнишь наш разговор про ад и рай?

– Помню. Ты как раз говорил про воспоминания.

– Умница. Не зря стараюсь, учу тебя уму-разуму. Однажды меня не станет, и тебе придется самой идти по жизни.

– Лео, что за настрой? Как это тебя не станет? Не говори так, умоляю, – возмутилась Дани.

– Так-то я старше тебя, не забывай. Когда я уйду, тебе еще можно будет разок выскочить замуж, – как обычно это делал Лео, под маской шутки, он выдавал свой страх, на данный момент – один из самый больших.

– Я даю тебе обещание, здесь и сейчас, что никогда в моей жизни не будет иного мужчины, кроме тебя. Только ты. Помнишь надпись на твоем браслете? – она взяла Лео за запястье, на котором красовался её подарок, – «per l'eternita». Так, и никак иначе.

Договорив, Дани страстно впилась в приоткрытые губы Лео, не дав ему возможности ответить.

Тот, подчинившись её воле, покорно опустился на локти, не отрываясь от поцелуя. Медленно расстегивая его черную рубашку, пуговица за пуговицей, Дани громко дышала. Оставив Лео в одних джинсах, она губами жадно ласкала его мускулистое тело, спускаясь к дорожке ниже пупка. Лео издал протяжный стон. Его дыхание стало неровным, он аккуратно взял в руку копну густых волос Даниэлы.