Ты будешь мне стеной

И до того хорош собой, что оставалось лишь благодарить бога за то, что он дал мне глаза.

– Как скажешь, босс. – Я натянула на лицо улыбку, продолжая «посылать» его под прикрытием стола.

– Они это переживут, – обронил Эйден, расправляя свои плечищи, на которых без труда мог уместиться средних размеров человечек. – Невелика важность.

Невелика важность? Вот уж не думаю, что его менеджеры и агент согласятся с этим. С другой стороны, Эйден всегда делал так, как хотел, и никто не смел ему возражать. Все возражения приходилось выслушивать мне.

Что бы там ни думали другие, несмотря на все свои гримасы и недовольство, защитник «Трех сотен», профессиональной футбольной команды Далласа, не отличался таким уж скверным характером. Он редко выходил из себя – во всяком случае, без веской на то причины. Конечно, он был не сахар, поскольку умел добиваться своего, и это мне в нем даже нравилось. Другое дело, что все его требования приходилось разруливать мне, хотела я того или нет.

Ничего, скоро этому придет конец, – подумала я. Осталось потерпеть совсем чуть-чуть. При мысли об этом я слегка взбодрилась.

Пару месяцев назад мой банковский счет округлился наконец до очень приличной суммы. Благодаря жесткой экономии и подработкам, на которые я тратила все свободное время, мне удалось создать запас, равный моему годовому жалованью. Слава тебе, Господи! В воздухе ощутимо запахло свободой.

Но только запахло.

Я так и не собралась с духом сказать Эйдену, что ухожу.

– Что это за гримаса у тебя на лице? – внезапно спросил он.

– Какая еще гримаса? – Я мгновенно прикинулась дурочкой.

Без толку.

Продолжая жевать салат, Эйден нехорошо прищурился.

– Вот эта, – мотнул он головой в мою сторону.

Меня так и подмывало сказать: «Понятия не имею, о чем ты», но я лишь демонстративно пожала плечами.

– Хочешь что-то сказать? Давай, выкладывай.

Мне уже давно хотелось выложить все, что я о нем думаю, но я слишком хорошо знала Эйдена, чтобы утруждаться.

Само собой, не я.

Самодовольный ублюдок.

– Я? Да что ты, – изобразила я святую невинность.

Его взгляд скользнул на руку, которую я все так же держала под столом.

– Тогда перестань целить в меня своим пальцем. Я не изменю своего решения, – заявил он обманчиво небрежным тоном.

Скрипнув зубами, я уронила руку на колени. Чертов ведьмак. Колдун. Одно слово, колдун.