Тайны Чёрных Холмов

Положив на парты перед собой одну корявую лапу на другую, они неотрывно смотрели на чистую школьную доску. Дубинки, с которыми буки не расставались ни на минуту, стояли рядом, в зоне видимости. В лесу буки испокон веков следили за порядком, и в Школе Лесной Магии тоже отличались примерным поведением, но вот учёба давалась им нелегко.

Фефёлы – кудрявые, легкомысленные создания, с головы до ног украшенные бантиками, без умолку сплетничали и хихикали. Ухари ухали или дремали. Мохнатые трутни жужжали, предаваясь сладким грёзам.

Ну а бяки… Чем могли заниматься бяки? Конечно, как всегда безобразничали – кидались бумажками и мокрой тряпкой с доски, носились друг за дружкой по классу, с визгом сдвигая чужие столы и роняя учебные принадлежности.

Только злыдней в классе не было – им лесная школа ни к чему, они у себя на Чёрных Холмах и не такое умели. Слух о том, что Леший открывает Школу Волшебства, быстро прокатился по всему лесу, и желающих поучиться набралось видимо-невидимо. Пришлось даже проводить вступительные экзамены, но Алю с Вилли приняли без них, за былые заслуги перед Бякандией.

К сожалению, несмотря на все усилия учителей, уровень магических знаний среди существ оставался крайне низким.

С минуты на минуту должен был начаться урок Матемачихи, но Матемачиха почему-то опаздывала. Казалось, вот-вот распахнётся дверь, и в проёме появится её полная, подвижная фигура в ярком платье, сотканном из цветов и колосьев, и с неизменным венком на голове. На своих уроках улыбчивая Матемачиха рассказывала о растениях – из каких трав можно заваривать чай, из каких – кофе, а какие годятся только для какао с молоком.

Оказывается, некоторые растения вылечивали даже насморк и грудную жабу! Правда, бяке это было совсем неинтересно, потому что лечить у неё получалось неважно, так же как и готовить. Зато отлично готовил Вилли – прирождённый повар. Сегодня ему даже разрешили пропустить занятия, чтобы напечь для всего класса эклеров к празднику последнего звонка. Поэтому место рядом с Алей пустовало, и она чувствовала себя одиноко.

Бяка Аля сидела за последней партой у распахнутого окна и вдыхала тёплый майский воздух, как вдруг, откуда ни возьмись, прямо на раму села бабочка-капустница. Бабочка держала в лапке круглое зеркальце в позолоченной оправе и, глядя на своё отражение, повторяла скороговоркой:

Как хороша и как бледна,

Мне очень нравится она.

– Привет, я Аля! – сказала Аля.