Тренинг

«Я не виноват, не виноват, – перебирал он немыми губами, – Мишка тоже не виноват. А Алена?! Зачем обманываться?! Я не нужен ей, но она нужна мне! Я буду учиться, перенимать знания, и докажу свою состоятельность».

В ванной шумный поток смывал ярость в уныние, а уныние превращалось в равнодушие, которое невозможно смыть. Как клеймо не оттирается тряпкой, а сдирается вместе с кожей.

Обмотавшись полотенцем, Игорь включил телевизор, попав на музыкальный канал, и вглядывался в мелькание хит-парада, собираясь перезвонить Мишке, чтобы извиниться.

Но попросить прощения, значит, признать вину, значит, самому оказаться в проигрыше, и сделать Мишку сильнее. На это он не пойдет. Игорь стер номер бывшего друга.

Развязный клип будоражил воображение. На экране две роскошные негритянки в гавайских накидках ублажали жирного репера. На фоне мелькали пальмы, наливались кокосы и проезжали дорогие машины. Репер с увесистым золотым медальоном на петушиной шее хлопал красоток по накаченным бедрам и отталкивал их от камеры, читая речитатив.

Телефон опасливо молчал, и если бы загудел снова, то Игорь разбил бы его об стену. Сквозь пьяную дрему пришла смелая мысль пожелать Алене спокойной ночи.

Открыв глаза, он набрал текст: «Приятных сновидений, Алена! Спасибо, что ты рядом. Твой Игорь».

Волнуясь, боялся отправить сообщение, и сохранил текст, а затем перечитал, собираясь что-то добавить, но понял, что снова занимается ерундой, и нажал на дисплей.

Выдохнув, ждал молниеносный ответ, кисло вглядываясь в мерцающий ящик, где крикливый репер душил обнаженную пигалицу. Ответ не последовал. Значит, Алена уже крепко спит, а он будит ее эсемесками – развлечение полного недоумка.

Практика

«В половине третьего у парадной лестницы» – как заклинание повторял Игорь, галопом спеша на свидание.

Проснулся он около семи от обжигающей боли в паху. В зеркале ванной глаза затекли лунообразными синяками.

Собирался долго, растрепав затасканный гардероб и тщательно мылся, замазывая ссадины от бритвы.

Игорь уже не думал о событиях ночи, а только упорно пялился в ответную эсемес, полученную ранним утром, когда только начинают петь петухи и встают на службу приличные граждане.

Готовясь к серьезным тратам, он набил кошелек мятыми купюрами и усердно причесался, заметив, что выглядит также глупо, но что-то менять уже не получится.