Твоя Мари. Дневник. Часть 1

Он идет ва-банк, благо, руки мои надежно зафиксированы, и ничего я ими не смогу сделать – ненавижу, когда меня целуют в лицо, едва прикасаясь губами к коже, никому не позволяю… Господи, да за что же мне это все?!

Кстати, о рисунках – он иной раз делает такие сумасшедшие коллажи из фоток… И вот я как-то сдуру выложила в ЖЖ такой… И что я вижу через месяц, роясь по форумам? Правильно – мою фотку в объятиях Дэна в качестве аватарки у какой-то сопли! Я почувствовала себя так, словно с меня кожу содрали, честное слово.

Поэтому теперь мой ЖЖ в режиме «френд-онли».

Таких картин я нарисовал на ее теле сотни, иногда, под настроение, разрисовывал ее красками с ног до головы, но почему-то почти не снимал этот боди-арт, на снимках все выглядело хуже, чем вживую. Я выставлял Мари в самые немыслимые позы и рисовал, рисовал… Она всегда удивлялась:

– Не понимаю, ты зачем в медицинский-то пошел? Чтобы иметь возможность безнаказанно резать неподвижные тела? Тебе же в академию художеств надо было, неужели никто этого не говорил?

– Да брось ты, Машка, какая академия художеств, – короткими набросками воссоздавая на листе силуэт ее спины, улыбался я, польщенный ее словами.

 – У ребенка врачей редко бывает выбор. Мы всегда продолжаем династию.

– Но ты ведь мог нарушить это правило. Не крепостное право же…

– Право-то не крепостное, а вот родители бы точно не одобрили. И потом, мне все нравится, я люблю свою профессию, а рисовать можно и в свободное время.

До сих пор, натыкаясь где-то на очередную папку с рисунками, я испытываю физическую боль от потери. От Мари у меня остались только эти рисунки…

«Я часто думаю – а почему вообще мы оказались вместе? Почему, как вышло, что я подпустила Дениса так близко, хотя не хотела? Не вру – совершенно не собиралась ничего с ним иметь. Мне казалось, что отношения с ним – сплошная эмоциональная боль, вокруг него всегда будут виться другие женщины, а я не смогу этого терпеть.

И дело не в том, что я не уверена в себе. Я просто не хочу растрачивать себя на такие вещи, как ревность. Такой странный способ самоубийства – пусть и в фигуральном смысле. Нет, я не хотела страдать из-за мужчины, даже если этот мужчина – Денис.

Я уклонялась от его попыток перевести наши отношения в какую-то более серьезную плоскость, не соглашалась ни какие-то свидания.