Твоя Мари. Дневник. Часть 1

– Нет, Олег… я очень тебе благодарна за предложение, но давай оставим все, как есть.

Я, признаться, выдохнул тогда с облегчением – боялся, что она согласится, и они уедут, а я останусь тут один. И, конечно, втайне злорадствовал – она отказала Олегу точно так же, как отказывала мне, это делало нас равными хотя бы в этом. Она была с ним – но вела себя как со мной.

Почему-то стал часто всплывать в памяти тот самый последний экшн на даче, когда компания собралась «на Лерку». В глазах стоит длинная юбка Мари – в красных и белых цветах, кажется, я не видел больше ничего, кроме этого яркого пятна, мелькавшего среди деревьев на участке.

У меня тогда здорово оторвало башню, я поставил себе цель достать Мари, и для этого сделал все – от откровенно жестокого экшена до музыки, которая должна была постоянно напоминать Мари о нас. Сейчас мне противно вспоминать, ведь уже тогда с Мари все было не в порядке, и, знай я об этом, ни за что не вел бы себя так.

Но в тот вечер… Я опускал плеть на спину Лерки, а представлял Мари – то, как она скользила бы узкой тонкой спиной за хвостами плети, как чуть выгибалась бы, приникая телом к кресту, как откидывала бы назад голову в промежутке между ударами.

И – не издавала бы ни звука, чем заводила бы меня еще сильнее. Мне никогда не нравилось податливое тело под девайсами, я понял это, только потеряв Мари. Всегда думал, что высший кайф – когда нижняя подчиняется любому твоему движению, но нет – именно сопротивление и дает то самое острое наслаждение. Мари сопротивлялась – и я кайфовал от экшена, а податливость Леры только будила желание забить ее насмерть, которое мне все труднее было контролировать.

Мое настроение передалось Олегу – он всегда чувствовал, если у меня что-то в экшене пошло не так, и я почти физически ощущал его раздражение и желание как можно скорее все тут закончить и уйти к себе. Но я не мог ему этого позволить – он окажется один на один с Мари, она даст ему все, чего сейчас не получу я, как бы ни старался.

В какой-то момент мне стало дурно от адреналина, бушевавшего в крови, я повесил плети на плечо и вышел из дома – выскочил, чувствуя, как меня раздирает. Надо было срочно окунуться в воду, чтобы немного снизить градус. Бочка стояла у теплицы, я пошел туда и увидел, что на крыльце бани сидит Мари с сигаретой в пальцах. Вместо юбки на ней были сейчас широкие голубые джинсы и белая блузка с пышными рукавами из кружева, плечи и ключицы открыты.