Твоя Мари. Неубиваемая

Внутри, если честно, мне ужасно – ну, почему он должен переживать это со мной? Почему должен бросать все и крепко держать меня в руках, чтобы не выскользнула, не натворила глупостей, которые потом будет не исправить? Почему он взваливает это на себя, зачем?

– Затем, что ты моя, – раздается над головой, и я вздрагиваю:

– Что?!

– Ты спросила, зачем я взваливаю это на себя – я ответил.

Да не спрашивала я, просто вырвалось, видимо…

Машина припаркована прямо у подъезда, на улице такой ветрище, что это кстати – можно сразу нырнуть в салон.

Олег кидает мой саквояж на заднее сиденье и садится за руль:

– Думаю, за сорок минут управимся, чтобы в пробках не стоять.

Время еще не пиковое, но уже через час все в городе встанет колом часа на три-четыре, потому, если мы собираемся куда-то выезжать, лучше поторопиться.

В квартиру к нему я не поднимаюсь, остаюсь в машине – нет сил шевелиться лишний раз, да и тошнит ужасно – последствия терапии. В кармане куртки всегда лежат эвкалиптовые леденцы, помогающие справляться с тошнотой, засовываю один в рот и жмурюсь невольно от резкого привкуса эфирного масла.

С опаской смотрю на часы – не хватало еще наткнуться здесь на Дениса, возвращающегося с работы. Но вот уже из подъезда выходит Олег в кожаных штанах и косухе, закидывает в багажник свою сумку и пинает заднее колесо берцем.

– Не поедем в гараж, – изрекает он, садясь за руль. – Хотел «китайца» взять, да ладно, на этой сгоняем, ничего.

И я опять не интересуюсь, куда он собирается меня везти, потому что мне совершенно безразлично – главное, что он рядом, остальное я как-нибудь переживу.

Заезжаем в супермаркет на выезде из города, Олег вопросительно смотрит на меня, потом машет рукой и идет один – я не реагирую и не высказываю желания присоединиться. В таком состоянии мне вообще безразлична еда, так что никакого смысла бродить среди полок с продуктами нет, Олег это знает. Возвращается с тремя огромными пакетами, содержимое которых меня, понятно, тоже не интересует.

Через десять минут я понимаю, куда мы едем, но тоже не выказываю эмоций – Олег знает, что делает, и никогда это не будет что-то, могущее навредить мне еще сильнее, чем уже есть. Так что и дачу Дениса я как-нибудь переживу.

– Иди пока посиди на крыльце, я припаркуюсь и ворота закрою, – командует Олег, вытаскивая меня из машины.

Я не хочу сидеть на крыльце, затекли ноги и спина, надо бы пройтись.