Блондинка и Серый волк

– Перестарок! Старая дева! Вековуха!

Агата кивала головой на каждое слово, радостно улыбаясь. Какой, однако, разговорчивый волк ей попался!

– Пе-ре-зрел-ка! – наконец, гордо закончил свой перечень синонимов Рудик.

Агата картинно зааплодировала.

– Красавец, – одобрила она.

– Что, правда?

– Нет. Но твоему лексикону впору и позавидовать.

– А? – парень выглядел озадаченным, но на всякий случай кивнул головой.

– Раз мы закончили обсуждать мою персону, давай перейдем к допросу… в смысле, к беседе о тебе.

Итак, тебе шестнадцать.

– С ума сошла? Мне девятнадцать!

– Ты что, серьезно три года волком бегал?

– Ага. И если бы ты меня не расколдовала, о великая перезрелая магичка, я бы так волком и подох. Возможно, даже сегодня. Видела, какие у ребяток из патруля топоры были? – Рудик почесал заросшую щеку и вздохнул. – Острые. Хоть брейся ими.

– Да, побриться тебе не помешает, – согласилась Агата. – Так что там с твоей невестой? Рассказывай сначала, не юли.

Поди сам же и поломал все.

Волк лукаво усмехнулся, и Агата явственно поняла, что лет через пять, может, даже и раньше, из этого нескладного еще мальчишки вырастет удивительно обаятельный мужчина, гроза всех барышень округи. Оборотни развиваются быстро и рано взрослеют. Если его не пристукнут раньше, конечно.

– Ну, допустим, сам, – легко согласился он. – Но если б я знал, что Алеся моя приходится родственницей бабке Васе, неужто я бы с Сонькой целоваться придумал?

– Бабке Васе? – встрепенулась Агата.

На память она не жаловалась. – Это не родственница ли бабки Алены?

– Ага. Родственница. Сестрица ее родная, старшенькая. Две их у нас в лесу живут: Елена да Василиса, обе…

– Прекрасные?

– Ты ж видела бабку Алену. Может, раньше и были прекрасными, а теперь – премудрые. Эх! Старые крысы.

Агата фыркнула удивленно. Премудрые, ты ж погляди! Какой интересный мир!

– А скажи мне, ребенок, ты чей будешь-то? Ищет тебя кто, наверное? Ну, кроме этих… с топорами?

– Не уверен, – вздохнул Рудольф.

 – Вообще, я принц, вот веришь – нет… ну что ты ржешь, как та лошадь? Принц, говорю! Ну ладно, не совсем принц. Но отпрыск рода знатного. Батька мой – сам князь Бурый. Ее высочеству, между прочим, служил в свое время, ну как служил… охранял ее, пока она там в темнице тужила. Это когда у нас тут Черномор правил, да.

Агата закатила глаза. Черномор, Премудрые, Бурые волки. Что-то ей напоминала эта сказочка.