Двойной виски со снегом

А на его лице не отражалось ровным счетом ничего – ну рука и рука, что тут такого…

Бар был действительно на крыше. Отличный вид, а меню впечатляло даже привыкшую питаться в заведениях такого рода Марину.

Все столики на периферии были уже заняты, кампании действительно были разношерстными, но вполне прилично себя вели. Марина в который раз отругала себя за вечерний макияж и прическу. На фоне американок это выглядело очень странно и вызывающе. Да и одежда была не особенно будничной, хоть и из съемочных запасников, но все же платье.

Она села за столик в центре зала рядом с Аратом, сияя, словно белая ворона, и ловя на себе взгляды, любопытные и не только.

Арату в очередной раз позвонили, он вообще не выпускал из рук этот назойливый айфон, постоянно отбивая звонки, отправляя дежурное: “Занят”. Но в этот раз нахмурился, чертыхнулся сквозь зубы. Извиняющийся взгляд, кивок в меню: “Выбери уж наконец!” И вышел, негромко и напряженно отвечая кому-то. На немецком? Боже, еще и немецкий! Хотя взмахни он вдруг крыльями или дыхни огнем – она бы уже не удивилась.

Человек-сюрприз.

Попыталась вчитаться в меню. Где там обещанные пельмени, родные и близкие? Вот они, братцы.

Теплая ладонь легла ей на плечо. Медленно и нежно убрала со щеки прядь волос, погладила обнаженную кожу шеи, двинулась ниже по спине. Что-то было не так. Не похоже на Арата. Она его еще очень мало знала, но не похоже. Оглянулась и чуть не упала со стула. За ее спиной стояла и плотоядно улыбалась рослая, очень крупная девушка в кожаной косухе и черных кожаных штанах.

Коротко стриженые волосы, некрасивое лицо, взгляд, уверенный в себе. Марина резким ударом отбросила чужую руку, словно ядовитое насекомое. Она вообще не могла терпеть чужих прикосновений. Ее непрошенная гостья изумилась. Рывком отодвинула стул напротив. Села, расставив ноги и вытянув одну, отсекла Марине путь к отступлению. Ее передергивало от этой откровенной навязчивости. Будто ее только что прилюдно раздели, а следом почти изнасиловали. Марине сих пор ей не приходилось противостоять такого рода наглости в женском исполнении. Что ж, все когда-то случается впервые, придется учиться.

– Ты не ошиблась? – главное сейчас было не выказывать страха. Судя по одежде, эта девушка была совсем непроста.

– А ты? Если ты пришла сюда и соблазняешь, кто из нас ошибается? – и глядя прямо в глаза, она положила руку на беззащитное колено Марины, обтянутое лишь чулком.

Медленно двинулась в сторону подола ее кашемирового платья.