Двойной виски со снегом

Он злился сейчас на себя, на свою судьбу, на осенние шторма. Лишь на Марину злиться никак не получалось. Она там лежала сейчас, такая маленькая, такая беспомощная и хрупкая, словно ветка на морозе. И он ее чуть не сломал. Проклинал себя ежесекундно.

До того момента, пока Арат не услышал свое имя в ее стоне, можно было говорить себе: "Ты ей не нужен". Просто приключение, просто шедший мимо человек. Но теперь вдруг все стало сложнее. Через девушку, зовущую его вот так, переступить Арат уже не сможет.

– Рат, можно тебя?

Он оказался рядом так быстро, что и сам не понял как.

Она уже просто спала. Еще очень бледная, но заметно лучше дышала, лежа на боку, совершенно по-детски положив ладонь под щеку и согнув колени. Мучительно захотелось погладить по голове и укрыть потеплее. Малыш. Его Малыш. Кольнуло непривычное, снова и снова. Хотелось быть просто рядом, схватить на руки, прижать и закрыть от всего того плохого, что еще только вздумает с ней случиться. Немалых усилий ему стоило услышать слова доктора.

– В принципе, ничего страшного. Уже. Если бы она была в нормальном состоянии – завтра бы встала. Уж не знаю, каким образом вы девушку умудрились… – он деликатно крякнул, – так за…мучать?

Слово тут явно подразумевалось куда менее цензурное, но даже присутствие Марины-спящей сдерживало русского доктора Василия от более крепких выражений.

– Уже не важно. Мои действия?

– Покой, сон, еда, питье. Вот тут я оставляю тебе рецепт. Это по общей медицинской страховке, я спишу все на общие нужды.

Антибиотик я ей уколол, нужно будет сделать еще два укола: завтра и послезавтра. Остальное по рецепту. Сам уколешь?

Арат кивнул, пробегая глазами рецепт со внушительным списком лекарств.

– Вась, что я тебе должен?

Выходивший из каюты доктор Степанов лишь молча отвесил монголу символический подзатыльник, удаляясь к прибывшему с ним катеру. Арат догнал его, передал незаменимому лодочнику рецепт, кредитку и новый список продуктов. Его услуги обходились недешево, зато все доставлялось быстро, четко и точно по списку.

Вернулся. Марина лежала на спине с открытыми глазами. И плакала?.. По лицу лились слезы. Всхлипывала, кусала губы, стараясь не разреветься в голос.

– Ау! Мне доктор только что выписал рецепт на полный твой покой и хорошее настроение, Марина. Если ты собралась нарушать режим, мне придется работать клоуном. Ходить на руках, разрисовать лицо помадой и глупо шутить странным голосом.