Маленькая хозяйка большого дракона

 Привет, я дракон

Ах, как она визжала! У дракона закладывало уши, то и дело хотелось отпустить Дашку и постучать себя по голове, выбивая этот ультразвук. Не отпустил, конечно. До гор дотянул с трудом, уже на одном драконьем упрямстве. Так далеко и долго летать, да еще и с грузом, он отвык, но показаться перед Дашкой слабаком Гвидон себе позволить не мог. Девица эта, на первый взгляд казавшаяся такой мелкой и легкой, теперь ощущалась весом в тонну, не меньше.

Опустился в заранее выбранном месте чисто как мешок с картошкой – уже не до изящества и красования, когда крылья сводит судорогой.

Не будь тут Дашки – он бы просто лег на землю, распластался бы тряпочкой, но этой комарихе ни в коем случае нельзя показывать слабость свою – мигом кровь выпьет.

Дашка испуганно оглядывалась по сторонам. Пещера, в которую ее притащил этот недоносок, была большой и неровной. Потолок с одной стороны спускался совсем низко, в середине в нем зияли черные провалы, а с другой стороны было что-то вроде ниши аккурат размером для дракона.

Бежать было некуда: большая белая туша перегородила выход из пещеры.

Смерила его негодующим взглядом, огляделась еще раз и подняла с земли увесистый острый камень.

– Даже не думай, – неожиданно заговорил человеческим голосом дракон. – Руку откушу.

– Ты… разговариваешь, – в ужасе попятилась от него Дарьяна, наступая на длинную юбку. Упала на пятую точку, быстро поползла от него подальше.

– Только без ошейника, – буркнул Гвидон, скалясь. Он пытался изобразить улыбку, но напугал ее еще больше.

– Нет, не подходи ко мне! – взвизгнула глупая девка. – Не ешь меня, Гвидончик!

– Да я как бы и не собирался, – несколько обиженно ответил он. – Больно надо. Ну что ты орешь? Я хоть раз тебя обидел?

Девушка икнула и медленно покачала головой.

– Но зачем? – задала она вполне резонный вопрос.

– Ты моя, – твердо и честно ответил Гвидон. – А не какого-то там Гриньки.

– Но зачем я тебе – дракону? – захлопала глазами девушка.

В ответ он лишь усмехнулся и весь пошел волною, уменьшаясь, усыхая.

Через мгновение перед Дарьяной стоял мужчина… нет, еще совершенно мальчишка. Судя по длинному худощавому телу с белой кожей, руками-ногами длинными, будто не по размеру – совсем молодой. Копна белых волос рассыпалась по плечам. Длинное лицо, нос такой непомерно огромный, горбатый. Губы яркие, пухлые, словно бы у девицы, белые же брови тонкие и вразлет. Урод какой-то. Не как Гринька – у ее жениха круглое лицо и нос картошкой.